Сбор средств

Показаны сообщения с ярлыком ЗТ УССР. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком ЗТ УССР. Показать все сообщения

пятница, 28 ноября 2014 г.

Богданов Анатолий Васильевич



Богданов Анатолий Васильевич  28.11.1947



















Курск. Нападающий. Мастер спорта СССР. Заслуженный тренер СССР (1989). Заслуженный тренер УССР. Воспитанник подольского хоккея.
Карьера игрока: Труд (Торпедо, Подольск) – 1964/65-1967/68, Энергия (Кристалл, Саратов) – 1968/69-1971/72, Динамо (Киев) – 1972/73, Сокол (Киев) – 1973/74-1975/76
Карьера тренера: Сокол (Киев) – 1976/77-1990/91, Ilves Tampere (SM-Liga) – 1992/93, KooKoo Kouvola (Finland-liiga) – 1993/94, KalPa Kuopio (SM-liiga) – 1994/95-1995/96, TuTo Turku (I divisioona, Mestis) – 1996/97-2003/04, Трактор – 2004/05, Витязь (Чехов) – 2005/06, Торпедо (Н.Новгород) – 2005/06 (гл.тренер), 2011/12-2012/13 (тренер), Металлург (Новокузнецк) - 2013/14-2014/15 (тренер). Вторая сборная СССР 1979-1988, молодежная сборная СССР 1983-1985, сборная Украины 1995, 1998-2003 (гл.тренер),  2009 (тренер-консультант)
Достижения тренера: бронзовый призер чемпионата СССР старший тренер 1984/85 Сокол (Киев), бронзовый призер чемпионата мира среди молодежи (U20) 1983/84, чемпион мира среди молодежи (U20) 1984/85
Заслуженный работник физической культуры УССР (11 декабря 1981). Награжден орденом князя Ярослава Мудрого V степени (24 декабря 2008). 

Анатолий Богданов: Поддался на авантюру 
Приезд на новую работу главного тренера национальной сборной - событие. Тем более, когда она участвовала на Олимпийских играх и ЧМ. А если этот специалист приводил к победе молодёжную сборную СССР? А если его фамилию можно поставить вслед за А.Тарасовым, В.Бобровым?
По какому параметру составлен рейтинг? Эти показатели ныне кажутся недостижимыми. Анатолий Тарасов и Всеволод Бобров стали руководить командами в 28 лет. Анатолий Богданов тоже. Когда этому специалисту было 37 лет, его клуб (киевский «Сокол») стал призером чемпионата СССР. К медалям в более молодом возрасте команды приводили А.Тарасов, В.Бобров, А.Чернышев, Г.Мкртычан, В.Старшинов, В.Юрзинов, Б.Майоров.Какой же Анатолий Богданов «20 лет спустя» - в 2005-м? 
Анатолий Васильевич, по нашей информации с предложением возглавить «Трактор» к вам обращались еще летом прошлого года. Почему согласились только сейчас? 
30 лет без перерыва работал тренером, из них последние шесть - одновременно в клубе и национальной сборной Украины. Это было очень сложное, напряженное время: квалификационный отбор, Олимпийские игры... Поэтому захотелось передохнуть. 
Удалось отдохнуть от хоккея? 
Даже надоело. Но у меня было интересное занятие: писал две главки о советском хоккее для книги, которая готовится к изданию в Финляндии.
В декабре переговоры с руководством «Трактора» были возобновлены, а закончились совсем недавно. К команде я присоединился в Екатеринбурге (посмотрел вторую игру), а первую тренировку в качестве главного тренера провел уже в Ижевске.
«Трактор» - команда с именем, традициями. К хоккейному Челябинску, Уралу всегда относился с большим уважением, интересом. Считаю этот регион родиной отечественного хоккея. Я уже порядком успел соскучиться по хоккею, поэтому приступаю к работе с большим энтузиазмом. Немаловажную роль в принятии моего решения сыграло то, что «Трактор» - команда с честолюбивыми намерениями, перед ней стоит задача завоевать путевку в суперлигу. Я не люблю запрыгивать в середине сезона - это рискованное, авантюрное дело. Но вот поддался на авантюру. Попробуем с командой решить эту сложную задачу. 
Уже успели присмотреться к хоккеистам? 
Видел команду только в одной игре (разговор проходил 1 февраля). Вчера день провели в пути. В Ижевск добирались на автобусе 10 часов.
В команде собраны хорошие игроки, есть индивидуальности, но не хватает командной игры. Предстоит много работать, чтобы действовали стабильно, чтобы, ведя в счете, не проигрывали и не отдавали очки без борьбы, чтобы, уступая, находили волю и желание переломить ситуацию в свою пользу. Время до плей-офф еще есть. 

Внесете коррективы в состав? 
Изменения будут, но не кардинальные. Как говорят по-английски: «step to step» (шаг за шагом). Что-то сейчас ломать - значит просто отойти от старого, но не прийти ни к чему новому. Внесем небольшие изменения в тактику игры, в сочетания звеньев. Основательнее поработаем, когда в календаре наступит перерыв. Естественно, постараемся эффективно использовать последний период до- заявок. Это не означает, что будем отказываться от своих игроков. Но, если найдем хоккеистов, способных усилить нашу игру, то возьмем их в команду (брать кого-либо ради галочки мы не собираемся). Сейчас в этом направлении мы усиленно работаем, в том числе и я. Обзваниваем знакомых тренеров, менеджеров, директоров клубов... К сожалению, ситуация сейчас такова, что из клубов суперлиги отсеиваются хоккеисты, которые не подходят клубам и вряд ли могут нас устроить. Тем более для них нужно еще время, чтобы войти в курс дела. Моей команде нужны те игроки, которые хотят расти, которые будут биться за выход в суперлигу, а не просто проводить время в хоккее с надеждой еще год-другой пожить спокойной жизнью в высшей лиге. 
Какие линии более всего нуждаются в усилении? 
По большому счету, усиление требуется во всех линиях, в том числе команде нужен вратарь. Из трех играет один - Емельянов. Второй вратарь провел семь игр, третий - всего одну. 
Пригласите ли вы в свою команду кого-нибудь из Финляндии? 
Такие мысли были. Но времени очень мало, а финны тяжелы на подъем, плюс могут возникнуть проблемы юридического характера. К тому же в Финляндии все переходы игроков закончились 31 января. 
Может, у вас есть на примете хоккеисты украинской сборной? 
Кто мог бы помочь команде (их на самом деле не так много), в основном трудоустроены. Кто не играет, хоть и НХЛовец, нам не подойдет - месяц не катались. Не хотелось бы менять «шило на мыло». «Рыбацкие сети» заброшены в основном в Россию. 
Выводя «Трактор» на первую игру, вы волнуетесь? 
А как же. Игрок и тренер, как артисты. Если эти чувства в них притупляются, то значит одному надо вешать коньки на гвоздь, а другому садиться на трибуну. 
Вы многие годы проработали в Финляндии. В чем на ваш взгляд современный финский хоккей отличается от советского, российского? 
Североамериканцы имеют хороший питомник в лице финского хоккея, наиболее жесткого из всех европейских, очень дисциплинированного в исполнении задачи. Хоккеисты обладают большим стремлением совершенствоваться и за счет этого продвинуть свою карьеру вперед. Очень много времени занимаются самостоятельно. Нашего хоккеиста нужно контролировать, а финн, получив задание, его выполнит. При этом, правда, есть и теневая сторона. Даешь установку держать соперника, и пусть даже начнется землетрясение или тайфун, он все равно будет его держать, то есть не сумеет сымпровизировать. В Финляндии строго разделяют функции: одни звенья обороняются, другие наступают. И не случайно в НХЛ играет очень много финских вратарей.
В советское время финский хоккей для нас просто не существовал. Когда я приехал в Финляндию, у них было всего 3-4 освобожденных тренера, большинство игроков занятия хоккеем совмещали с работой, учебой или службой в армии. За последние годы ситуация сильно изменилась. Финский хоккей продвинулся далеко вперед. В общем-то с помощью советских тренеров - Юрзиновых, Майорова, Тихонова-младшего. Финны проделали большой объем работы, восприняли то, чему их обучали. Добавьте к этому мотивацию и индивидуальные качества, и вы получите формулу финского чуда.
В первые годы в Финляндии мне как тренеру было очень тяжело. Хоккеисты не знали, что такое двухразовые тренировки, и сильно возмущались, что их заставляли чаще заниматься. Причем ведь тренировки были более насыщенными, более интенсивными. Но все постепенно вошло в норму. А теперь посмотрите, каким авторитетом пользуется финский хоккей. Он обошел шведский, чешский, не уступает российскому. Нам теперь многому надо учиться у финнов. Не случайно многие североамериканские молодые хоккеисты прокладывают себе дорогу в НХЛ через Финляндию. Типичный пример: защитник «Нью-Джерси» Брайан Рафальски. Он небольшого роста, сразу закрепиться в Североамериканской лиге ему было трудно. Но поиграл два года в Финляндии, пообтерся и теперь один из ведущих игроков в «Нью- Джерси», выиграл с командой Кубок Стэнли, играл в матче «звезд». 
Вы приняли гражданство Финляндии? 
Хочу принять. Для этого у меня есть все права. В Финляндии я проработал 13 лет при цензе в 5. Тем более, сейчас в этой стране допускается двойное гражданство. Хотел бы еще принять гражданство России: в первую очередь, считаю себя русским. Пока же я - гражданин Украины. 
Анатолий Васильевич, находясь в Финляндии, вам удавалось следить за ситуацией в высшей лиге? 
И не только в последний сезон, но и в предыдущие. Я регулярно читаю газеты, отчеты, пресс-конференции, слежу за событиями через интернет, просматриваю результаты, составы. 
Как после Финляндии воспринимается российская действительность и уровень высшей лиги? 
Пока трудно сравнивать. Но те условия, с которыми мы столкнулись во время встреч «Трактора» с «Динамо-Энергией», иначе, как возмущения, не вызывают. Екатеринбургская команда проводит свои матчи на тренировочном катке и за городом. Это неуважение к уральскому хоккею.
Что касается уровня. Несомненно, класс команд высшей лиги высокий, много клубов, которые стремятся к решению серьезных задач. Идет очень интересная, острая турнирная борьба. И у нас, и в Екатеринбурге команды молодые, очень хорошие, с мотивацией и притязаниями. Много интересных, первоклассных хоккеистов.
Задачу попадания в плей-офф «Трактор» выполнил, надо постараться выбрать хорошую позицию. Плей-офф - совсем другой мир, в котором многое не поддается логике. Выигрывает не обязательно тот, кто был лучшим в регулярном первенстве, здесь многое решается другими факторами. Хотелось, чтобы мы были к этому готовы. 
Кто из соперников Запада наиболее удобен для «Трактора»? 
Когда я говорил о выборе позиции, то не имел в виду конкретные команды. Выбирать соперника - пустое дело. Позицию нужно подбирать с точки зрения позиции домашнего преимущества. С учетом переездов, условий размещения, катков домашняя площадка имеет большое значение.
Андрей Веселков – Ижевск
Футбол-Хоккей Южного Урала № 6 (626) 2005






Анатолий Богданов: «Я в долгу перед «Трактором»

Интервью с выдающимся украинским специалистом, ныне тренирующим челябинский «Трактор» 
Журналист «Южноуральской панорамы» встретился с главным тренером «Белых медведей» Анатолием Богдановым. Мы в последний раз вспомнили прошедший сезон и немного заглянули в следующий, в котором клубу в третий раз подряд предстоит попытаться вернуться в Суперлигу. 
Перед тем, как принять предложение из «Трактора», вы очень долго размышляли над ним. Сейчас не жалеете, что все-таки согласились? 
Все-таки не жалею. Подтверждение этому – что я, несмотря на интерес со стороны клубов Суперлиги, остался здесь. Есть сожаление по поводу не выполнения задачи, которая стояла перед командой – как бы то ни было мы не вышли в Суперлигу. Хотя и я пришел в «Трактор» довольно поздно, все равно был уверен, что мы сможем сделать это. Так что в какой-то степени я в долгу перед командой. И у меня есть желание работать и вернуть «Трактор» в Суперлигу. 
В каком состоянии вы нашли состояние хоккея в Челябинске вообще, и конечно, в «Тракторе» в частности? Что вас положительно удивило и что разочаровало? 
Все познается в сравнении. А сравнивать мне трудно - я могу сравнивать только с советскими временами. В общем, могу сказать, что я согласился работать в «Тракторе» потому, что всегда с уважением относился к этой команде, знаю ее традиции.

Конечно, есть вопросы по многим организационным вопросам, которые считаются правильными, например, в Финляндии, и по решению этих вопросов. У нас все это пока как при диком капитализме. В Европе уже не так. Но не могу сказать, что это вызывает удивление. Это реальность, в которой нужно жить.
Это рабочие моменты. Конечно, у нас не блестящие условия. С базой есть проблемы - со строительством и реконструкцией. А она нужна. Конечно, не для того, чтобы там жить постоянно, а для того, чтобы можно было в комфортных условиях тренироваться. Летом дай бог все будет готово, хотя я сомневаюсь в этом. Здесь вот в школе тоже должны быть перемены - в протоколах по развитию это зафиксировано. Зал тренажерный нужно сделать, а то у нас стыдно заходить туда… Ну, такие вопросы всегда есть. Хотя должен сказать, что все, что есть, вполне соответствует уровню высшей лиги и выполнению задачи выхода в Суперлигу.
В целом же не могу сказать, что меня что-то сильно удивило, разочаровало или порадовало. Меня порадовало то, что в общем отношение к «Трактору», команде у которой еще совсем недавно были очень тяжелые времена, со стороны власти очень серьезно. Еще когда я только собирался принимать это предложение, я естественно, обсуждал его со своими коллегами, с людьми из Федерации хоккея, интересовался, насколько серьезное это дело. Ожидания меня не обманули. О серьезности намерений власти вернуть команду в Суперлигу говорят и встречи с губернатором области Петром Суминым. Особенно та, что случилась по окончании неудачного для нас сезона. Тогда я понял, что у всех в городе разочарование очень большое. И у болельщиков - понял это и по газетным публикациям и по мнениям на гостевой книге сайта. Интерес к «Трактору» есть и большой. Теперь нужно, чтобы на место разочарования пришли радостные эмоции. Конечно, все это решают на льду игроки. И тренеры, которые готовят игроков.

Я не хочу обидеть «Мечел», эта команда играла в Суперлиге, в России о ней знают. Но если говорить о Финляндии, Швеции, Канаде, вообще обо всем мире, то там знают о «Тракторе». Команде из Челябинска. Это марка, к которой привыкли.
Самое же главное, что меня огорчило – то, что из Челябинска уезжают 15 и 16-летние мальчишки. Уезжают и потом где-то начинают играть. Бегут все время. В этом плане я вижу свою задачу в том, чтобы остановить этот процесс. С родителями игроков 1990 года рождения я в апреле провел собрание в апреле. Хорошо так побеседовали, посоветовались. Понимаете, все хотят, чтобы его сын стал Лемье или Грецки, или хотя бы Буре или Федоровым, хотят, чтобы он получал такие же деньги. Но не все понимают, что это непростой путь и каждый из них не станет Буре…
Из провинциальных команд уходили всегда, но раньше – по другим причинам. Думаю, сейчас это происходит под воздействием родителей, на которых в свою очередь сильно влияют агенты и богатые клубы. Игроки уезжают, становятся собственностью другого клуба, а «Трактору» потом приходится брать их в аренду. Как, например, Истомина. С этой миграцией очень сложно справится. Самый верный путь – вывести «Трактор» в Суперлигу. Когда «Трактор» будет играть в Суперлиге, молодым хоккеистам уже не нужно будет бежать куда-то, у них будет возможность заиграть здесь, попасть в свою команду. 
У вас свежий взгляд на происходящее в Челябинске. Насколько, как вы думаете, все здесь свыклись за шесть лет с уровнем высшей лиги? 
Выразить насколько, я не могу. Но несомненно это есть. Так, например, у меня не получилось вселить команде уверенность в свои силы, желание играть и выигрывать, психологически работать по профессиональному. Сделать так, чтобы у игроков мысли были, что в Суперлигу обязательно выходить нужно. Надеюсь, на следующий сезон мне это удастся. А так получалось - не вышли, ну и так можно, может, на следующий год получится. Нашим хоккеистам необходимо привить психологию победителей.
Я видел игру команды до меня. На кассетах. Думаю, команда в последние месяцы прогрессировала, поменялся рисунок игры, для зрителей стало зрелищнее, для ребят интереснее, хотя и более сложно и энергозатратно. Я старался, чтобы игроки больше думали на льду. Конечно, у меня было мало времени. Но надеюсь, теперь его хватит. И мы сможем все это перестроить. 
Политические изменения в городской власти как-то отразились на игре «Трактора» в плей-офф? 
Это случилось, когда ничего уже не могло поменяться. Состав уже набрал ход. А вот сейчас конечно это уже будет иметь значение. Юревичу прежде всего нужно войти в курс дела, сейчас он до сих пор занят комплектованием своей команды - там много изменений. Но хотелось бы, чтобы за этими изменениями не была забыта команда «Трактор». Когда он был избран мэром, он был на второй нашей игре с «Торпедо», пришел в раздевалку, поздравил с победой. И в прессе высказывался, что будет проявлять к команде интерес. Надеюсь, это не останется словами. 
Как вы оцениваете назначение известного бизнесмена Бориса Видгофа на должность, которую можно назвать «финансовый директор клуба»? 
Но он не назначен на эту должность… У нас есть один директор клуба. 
Но в прессе прошли сообщения, что он будет распределять финансовые потоки, контролировать их. 
Ничего он не будет распределять. Юревич, естественно, не может вникать во все до мелочей, так вот Видгофу, как депутату городской думы, поручено осуществлять связь с командой, контроль что ли от города. От области «Трактором» глобально занимается Косилов, в городе - Юревич, а уже ближе к нам - Видгоф.
Он был ответственен за школу и сделал уже первые шаги, не знаю к лучшему или к худшему…В школе поменялся директор, был представлен новый – Иванов Евгений Викторович. Это молодой человек, тренировал какой-то ЖЭК, стадионом вроде бы управлял. В общем, директор такая организационная работа больше, вот представили, мне трудно судить, тренеры, которые были на педсовете, с которыми я обменялся мнениями, были удивлены немного, потому что предыдущий директор Ростовых Игорь Васильевич, работал вполне добросовестно и тренеров школы устраивал. Ну как есть, так есть, будем смотреть. Немного обидно, что с клубом не было это не было согласовано. Нас поставили перед фактом. 
Возвращаясь к плей-офф высшей лиги. В позапрошлом сезоне, когда «Трактор» впервые серьезно поставил задачу возвращения в Суперлигу, было ясно еще до начала чемпионата, что туда попадут «Спартак» и «Молот». Насколько присутствовал элемент неожиданности в чемпионате 2004/2005? Пришлось ли вам столкнуться с грязными технологиями, чего было в избытке в лиге до вас? 
Мы, к сожалению, прошли не так далеко в плей-офф. Все эти разговоры и слухи, не хотелось бы в них верить. Все-таки это спорт, хотелось бы, чтобы все решалось здесь в чистой и честной борьбе, на льду, а не в кабинетах. Вот была молва, что МВД будет выходить, правда не с начала сезона они стали этим заниматься. Впрочем, в этом году просто была довольно жесткая конкуренция за выход в Суперлигу - шесть команд. Из которых разве что «Витязь» всерьез никто не воспринимал. Так вот, помимо МВД второго железного кандидата не было, и неожиданно вынырнул «Витязь». С одной стороны, я не хочу верить в наличие грязных этих самых технологий, да и не столкнулся, честно говоря, с ними. Хотя может быть, на каких-то более поздних стадиях плей-офф, возможно и столкнулся бы. Пробейся мы в полуфинал – может, и лежали бы лицом вниз на полу в Домодедово… 
Вы тренер демократического склада, однако, пошли на кардинальные изменения в составе после окончания сезона. Что заставило вас пойти на этот шаг? 
Изменений на самом деле не так много. Например, Сергей Тертышный и сам понимал, что надо заканчивать. Сейчас он занимается в школе тренеров, открытой в Питере. Борис Тортунов толком не играл целый сезон. А мне хотелось бы оставить второго вратаря, чтобы он моложе был, свежее. Несомненно, нужно, чтобы во вратарской линии была конкуренция. У нас будет два опытных вратаря, а третьим – молодой Фокин. Кроме того, как вы знаете, подписал контракт с новокузнецким «Металлургом» Сайфуллин.

Что касается Евгения Галкина – он не подходит под мою концепцию хоккея. Манера игры у него такая, конечно, он может забить, но соотношение цены и качества не удовлетворяло никого. Как в сезоне, так и в концовке, в плей-офф. Галкин – медленный игрок, а я требую от своих хоккеистов более быстрой, агрессивной, активной, наконец, игры. Да, он мастеровит, может забить, но для этого его нужно привезти в зону соперника. Мне бы хотелось, чтобы наши крайние нападающие были более мобильны, но Галкин не склонен к этому, он уже сложившийся игрок, он уже не смог бы измениться. Несомненно, у нас в команде остались менее мастеровитые и опытные игроки, и забьют они, наверняка, меньше, чем Галкин, но эти игроки подходят под концепцию.
Сейчас наша задача – сохранить в команде прошлогодний костяк. Например, первое звено, которое в плей-офф сыграло посредственно (особенно Камаев абсолютно себя не проявил). У Камаева, Панова и Савина были предложения из Суперлиги, но у них еще есть контракты с нами. Кроме того, мне бы очень хотелось, чтобы в команде остался Варицкий, у которого также есть предложение из одного клуба Суперлиги. Кроме того, мы планируем подобрать качественное среднее звено и создать молодежную пятерку из игроков школы. Назову несколько фамилий: на примете у нас Апаликов, Раенко, Попов и несколько других. 
Команде, несомненно, нужно укрепляться. Как вы планируете строить селекционную работу в межсезонье? 
В наши дни много зависит от финансовых условий. Про патриотизм я даже не хочу говорить, может быть, когда-нибудь он и вернется, когда все в более цивилизованный вид придет. Удивительно, что даже в НХЛ, где люди играют исключительно, казалось бы, за деньги, есть патриотизм, есть игроки, которые готовы за меньшую зарплату играть в своем клубе. Хотелось бы, чтобы у нас был если не патриотизм, то хотя бы профессионализм.
С учетом этого мы и планируем строить свою селекционную работу. Нам нужны игроки, которые готовы к борьбе за выход в Суперлигу, которые уже сейчас готовы играть в Суперлиге, как, например, игроки первого звена «Трактора», или те, у которых есть потенциал и желание вывести команду в Суперлигу и играть там с ней. Кроме того, нужно искать варианта приглашения игроков из команд лидеров высшей лиги, а также тех, которые в клубах Суперлиги не получают достаточно игрового времени и них есть желание играть больше, пусть даже в высшей лиге.
Но у нас могут быть проблемы. По моей информации сейчас НХЛ близка к отмене локаута. Если это произойдет, из Суперлиги, естественно, уйдут игроки НХЛ, и на освободившиеся места придут лучшие игроки высшей лиги.
Мы занимаемся комплектованием, но громких имен, игроков, которые приехали бы и сделали погоду, которые неплохо поиграли в Суперлиге, нет и, скорее всего не будет. Но особой катастрофы в том, что мы не возьмем игроков с громкими именами, я не вижу. В любом случае играют не имена, а хоккеисты, люди. Изменения будут. Например, мы держим на так называемом «листе ожидания» тех, кто хочет попробовать себя в Суперлиге и кто уже сейчас заключает пробные контракты. Когда команды начнут готовиться к сезону, в августе, рынок насытится такими игроками – кто-то клубам суперлиги обязательно не подойдет. Этим можно будет воспользоваться. 
Какие позиции нуждаются в усилении в первую очередь? 
Оборона – прежде всего. Но хороших защитников не было даже у сборной России на чемпионате мира. Их трудно найти в принципе. Значит, просто нужно будет с ними работать. Кроме того, нам необходимы центральные нападающие. Коротко говоря, на те позиции, которые всегда были дефицитны. И еще нам нужен вратарь. Нужна конкуренция. Хотя может быть, Емельянов не очень здорово сыграл концовку плей-офф, как раз потому, что появилась конкуренция. Вратари разные, кому-то нужно обязательно чувствовать себя первым номером. 
В чем основная сложность селекционной работы в клубе высшей лиге? 
Во главу угла у агентов и игроков сейчас практически всегда ставятся деньги. Деньги немедленно сегодня. Зарплату, допустим, дают хорошую игроку и он готов за ней бежать, если в другом месте на двадцать - тридцать процентов больше. Не думая о том, как он впишется в эту команду, какой там тренер, какие у него будут требования, где у него лучше возможности себя проявить и вырасти. Все эти соображения как-то отбрасываются. Хороший агент должен думать о том, что любой контракт, который он устраивает игроку, должен подходить этому игроку. Чтобы команда его игроку подходила. Допустим, если у нас человек будет играть в первом звене, то переедет он в Суперлигу, в неизвестно какую команду, и будет там играть в четвертом звене, а играть в четвертом звене он не привык, так как привык получать много игрового времени. И таких моментов много. Если игрок по сути разрушитель, то напрасно он думает, что перейдя в Суперлигу он будет королем и будет забивать столько, сколько захочет.


После встречи с губернатором и вы, и директор клуба Игорь Трегубенков открытым текстом заявили, что некоторым игрокам не нужна была Суперлига, намекая на саботаж. Когда вы это поняли? 
Это общее утверждение. Не сказал бы, что оно четко выраженное - это в воздухе. Ни какого-то отдельно взятого игрока, ни команды в целом. Дело здесь в вот этой (подбирает слова – прим. автора) привычности к высшей лиге и отсутствии чисто индивидуальной мотивации победителя, из которой складывается командная мотивация. Отсутствие психологии настоящего спортсмена-профессионала. Вот так можно сказать. Определенно указывать на кого-то… можно обидеть большую часть игроков.
Например, я скажу, что Суперлига была не нужна возрастным игрокам… Но они, что все одинаковые? Один так думал, у другого – такие мысли возникали подсознательно. Третьи не думали вообще об этом. Конкретно нельзя сказать. Но у меня все-таки сложилось впечатление (с расстановкой – прим. автора), что духа плей-офф у нас в команде не было. Были такие положительные моменты в двух матчах: в Лениногор-ске во втором матче серии и в Челябинске во втором матче с «Торпедо». Не случайно же мы их так обыграли, не случайно так хорошо команда смотрелась! А приехали в Нижний Новгород, вроде бы все условия – летели чартером, гостиницу хорошую взяли. Но разговариваю с ребятами и смотрю какие-то они… Не выстрелили и все! Не было этого духа победителей, какой, скажем, был у футбольного ЦСКА в финале Кубка УЕФА. Саботажа, конечно, не было, скорее, дело в привычке - игроки давно не были первыми, остались вторыми, или вылетели в четвертьфинале – и думают, ничего страшного. Такие вот мысли у меня по этому поводу. 
Вы внесли в структуру и идею челябинского «Трактора» свежую струю, пытаетесь изменить не только игру, но и организацию дела; пытаетесь изменить ее на европейский манер. Кроме того, вы, пожалуй, как ни один из ваших предшественников открыты для прессы… 
(Смеется) Что касается открытости для прессы. И в советское время я уважительно относился к работе журналистов. Наше дело тренировать и играть, мы это делаем для зрителя, а зритель узнает о жизни команды через журналистов. Через свой взгляд с трибуны и через то, как сформулировал свою оценку журналист. Но у нас и в советское время, и в большей степени сейчас журналисты стараются из тренера – если он деревянный речью – сделать красиво, зачастую искажая факты. А вот в Финляндии - там дословно передают слова, и когда читаешь интервью с тренером видно, что это именно такой тренер, а не похожий на всех остальных. Кроме того, в других странах общение с журналистами входит в обязанности тренера и игроков, иногда даже в ущерб подготовке.

В любом случае мы обязаны общаться, чтобы до минимума свести слухи, которые все время кружатся вокруг команды и вносят дисбаланс в отношения между игроками и тренерами, игроками между собой. Для меня такое общение – естественно. Оно в том числе способствует созданию позитивного климата вокруг команды, который помогает в игре. 
Почему вы все-таки согласились встретиться с болельщиками? 
 (Удивленно) А для чего же тогда мы работаем?! Мы же для болельщиков играем! У нас в России, к сожалению, ни в одной из команд, кроме, наверное, ярославского «Локомотива», не имеет значения, сколько придет на хоккей зрителей – от этого часто снисходительное отношение к болельщикам. Кроме пусть небольшой финансовой поддержки команды, есть еще и моральный аспект. Болельщики могут поднять моральный климат. Дать понять хоккеистам, что, во-первых, их любят, и хотят видеть в их исполнении качественный хоккей, во-вторых, что от них требуют. Правда, конечно, не так, как это происходит на неофициальном сайте «Трактор», где игроков матерят последними словами, а при нормальном общении. Нужно чтобы в клубе кто-то этим занимался, у меня до всего руки не дойдут – нужно, например, организовать официальный фан-клуб. Встречи сделать регулярными, как во всем мире. Не обязательно, чтобы все это было серьезно – нужно сделать так, чтобы мы жили, а не только работали как роботы. 
Всего после нескольких месяцев работы в России к вам стали проявлять интерес клубы суперлиги. Скажите, насколько реален был ваш переход в новокузнецкий «Металлург», воскресенский «Химик» или столичный ЦСКА? 
Первый раз – это была откровенная провокация. Когда мы играли второй матч серии с Нижним. Я ни слухом, ни духом не ведал об интересе ко мне со стороны Новокузнецка. У меня есть агент - может быть, выходили на него, с ним как-то беседовали.
Вариант, что я покину Челябинск, в принципе был - у меня в контракте был пункт о том, что если мы не выйдем в Суперлигу, я могу уехать.
А вот потом, когда уже мы закончили, контакты со мной со стороны всех трех названных клубов были. И все на серьезном уровне. И агенты, и я участвовали в этих переговорах. Но как я уже сказал – не знаю правильное или неправильное это качество – я уважаю контракт, который подписываю. И у меня есть по отношение к «Трактору» чувство, что я подвел команду, город, болельщиков. 
Валерий Лобановский говорил, что не понимает тех людей, которые возвращаясь с крупных международных турниров, утверждают, что ничего нового для себя там не увидели. Что Интересного привезли с чемпионате мира в Австрии вы? 
В общем, футбол с точки зрения тактики имеет больше возможностей для новшеств. Там больше людей, больше поле. Поэтому, наверное, каждый футбольный чемпионат мира – открывает какие-то новые тенденции развития игры. Хоккей в этом плане более консервативен. Конечно, все время есть что-то новое, но не так много. Лично я в Австрии увидел для себе некоторые моменты по игре в неравных составах. В целом о хоккее (а видел я только плей-офф) можно сказать, что многие отошли от абсолютно оборонительной игры. Стали играть более активно, в том числе и без шайбы. Это было больше похоже на советский хоккей чем то, как «Динамо» играло в плей-офф чемпионата России. Кроме того, чемпионат мира еще раз подчеркнул особенную роль вратаря. В частности, для канадской и чешской сборных.
И еще подчеркну: России надо перестать считать, что у нас свой хоккей, а заграничный – другой. Когда будем здесь играть по международным правилам, то тогда будет меньше неоправданных удалений на международной арене, и меньше разговоров о том, что нас засуживают. У нас если честно игроки распущенные: это выражается и в отмашках, и в разговорах с судьями, не говоря уже о том, что клюшками наши хоккеисты, как лесорубы работают… 
Кто-то из участников чемпионата мира может оказаться в «Тракторе»? 
Из команд, вышедших в плей-офф, конечно, нет – там слишком дорогие игроки. А из сборных более низкого уровня, например, Белоруссии, Казахстана, Украины – вполне. Сейчас у нас период сбора информации. Многие игроки хотят попробовать пробиться в суперлигу, получится или нет пока не известно. Если не получится – мы стоим с сетями и ждем. 
Говорят, что для поддержания квалификации тренеру важно иметь широкий кругозор? Ездить на все большие турниры, много общаться с коллегами из других стран. 
Конечно. Кругозор расширяет любая мелочь – сбор разнообразной информации, даже слухов. Даже если глобальных изменений на чемпионате мира и не увидишь – окунувшись в атмосферу, что-то приобретешь для себя, те же нюансы.

В Финляндии есть профсоюз тренеров, в который вхожу и я. Этот профсоюз выпускает журнал «Тренер», в котором рассказывается о многих видах спорта, не только о хоккее. И эта информация может принести большую пользу. Есть много цикличных видов спорта, многие идеи из которых можно перенять, перенести на хоккейную подготовку.

Одним словом, чем культурнее тренер, чем он более информирован в различных областях, тем больше он может в хоккейном плане. Надо, например, знать, чем живут игроки, кто из них учится, кто развелся, кто женился, у кого проблемы. То есть держать под контролем психологический климат команды. Мы семья и нам нужно жить семейными интересами.
Игорь Жуков, «Южноуральская панорама» 
http://hockey.sport.ua/news/7433








Анатолий Богданов: «Не боялся ни высоких начальников, ни соперников» 
19 июля 2013
Сергей Гапшенко, Александр Геенко, iSport.ua
С Богдановым мы встретились в кафе возле Олимпийского стадиона перед футбольным матчем Объединенного турнира Динамо – Спартак. И надо сказать, что пожалели о месте встречи, ведь киевские болельщики, посетители кафе, постоянно узнавали Анатолия Васильевича, и наше интервью из-за этого прерывалось. Издержки популярности: главному тренеру киевского Сокола, бронзового призера чемпионата СССР 1985 года, приходилось отвечать на вопросы «Что с украинским хоккеем?», «Что с Соколом?», хотя последние годы ни к Соколу, ни к украинскому хоккею Богданов прямого отношения уже не имеет. Оно и понятно, ведь Анатолий Васильевич – живая легенда украинского хоккея. До Богданова хоккей в Киеве существовал приблизительно так же, как регби, водное поло или современное пятиборье. Существовали команды, тренеры, школы, однако все это было делом нескольких сотен энтузиастов и никак не отражалось в общественном сознании широких масс. Киевские хоккеисты обычно пасли «задних», и никого это не волновало. Возглавив Сокол, Анатолий Васильевич буквально за год заразил хоккеем в Украине тысячи и тысячи людей. В не хоккейной столице, не хоккейной республики выросла команда, которая на равных играла с московскими командами, побеждала клубы, в составе которых каждый второй был чемпионом мира или Олимпийских игр. В скором времени в Соколе выросли и свои Олимпийские чемпионы, чемпионы мира и Европы. Киевские воспитанники становились чемпионами в составе взрослой, молодежной и юношеской сборных СССР в разные годы: Христич, Татаринов, Ширяев, Житник, Годынюк, Найда, Посметьев…


Сейчас времена в киевском Соколе идут значительно хуже, но в юбилей 50-летия столичной команды хочется вспомнить о славном времени клуба – 70-80-х годах ХХ века. А ведь тренерский талант Анатолия Богданова не ограничился только победами Сокола. Он становился чемпионом мира с молодёжной сборной СССР в 1984 году, выводил национальную сборную Украины в Топ-дивизион чемпиона мира, пробивался с украинской дружиной на Олимпиаду 2002 года в Солт-Лейк-Сити. Но в первой части интервью мы остановились на создании Сокола образца 80-х годов, обыгрывавшего сильнейшие команды мира. На становлении Анатолия Васильевича, как тренера. 
Анатолий Васильевич, поклонникам хоккея хорошо известна ваша тренерская карьера. Но хочется больше узнать о ваших выступлениях на хоккейных площадках в бытность игрока. 
В Киев я приехал в 1972 году, проведя до этого четыре сезона в хоккейной команде родного Подольска, затем - четыре в Саратове. Получилось, как бы три олимпийских цикла -  в Киеве я также отыграл четыре года.
В последнем сезоне в саратовском Кристалле я был лучшим бомбардиром и комсоргом команды. Естественно, руководству Кристалла не хотелось отпускать такого игрока (в то время контрактов профессионального хоккеиста не существовало) и поэтому возникли сложности с переходом в киевское Динамо. Половину сезона Федерация хоккея СССР не разрешала мне играть за киевский клуб (с 1973 года Сокол). Прошел с украинской командой предсезонные сборы в Черкассах и Запорожье, ведь столичный Дворец Спорта был в то время на ремонте. В связи с этим стартовые матчи чемпионата СССР киевляне проводили в Минске. Только после Нового года я получил разрешение выступать в составе Динамо. Но «нет худа без добра». За это время я смог сдать, имеющуюся, в связи с переводом из саратовского пединститута в киевский институт физкультуры, разницу в программах обучения, и уже на следующий 1973 год успешно выдержал государственные экзамены, причем все с оценкой «отлично». В этом же году Динамо решило, что для них обременительно иметь слишком большое количество команд в игровых видах спорта и хоккейная команда, поменяв имя на Сокол, стала профсоюзной, приобретя к тому же «шефов» из Киевского авиазавода. После окончания института пришло время «выполнить почетную обязанность гражданина СССР», то есть отслужить один год в армии. Несмотря на то, что хоккейная команда потеряла статус «динамовской», меня призвали во внутренние войска структуры МВД, располагавшиеся на Подоле. Уже на следующий день после призыва меня освободили и я провёл несколько тренировок и пару матчей в составе Сокола, но затем было необходимо вернуться в воинскую часть «на недельку». Как оказалось - на месяц. Со мной вместе проходили службу футболисты киевского Динамо: Владимир Лозинский, Леонид Буряк и Сергей Каталимов. Правда, Буряк был с нами недолго – его привели и почти сразу увезли, так как он был игроком основы.
День Рождения и Новый год я праздновал в армии. Все по-настоящему: выдали военную форму, бегали марш-броски, на стрельбище выезжали, даже с дедовщиной столкнулся. 
Расскажите про то, когда Вы в первый раз оказались в Киеве? 
В 1968 году я перешел в саратовский Кристалл, и ледовый этап предсезонного сбора команда проводила в столице Украины - так произошло мое знакомство с Киевом и, можно сказать, что влюбился в него с первого взгляда. 
Почему затем всё-таки выбрали киевское Динамо? 
О моем отношение к городу-красавцу Киеву я уже сказал, но также в моем решении о переходе в Динамо была и спортивная составляющая. Я понимал, что у клуба из столицы Украины больше шансов выйти в Высшую лигу, чем у клуба из Саратова. У меня была квартира в Саратове, но в те 2голодные» времена даже за колбасой нужно было ездить в Москву. К тому времени у меня уже была семья, в 1970-м году родилась дочь. Когда я, к огромному недовольству руководства, объявил о желании продолжить свою карьеру в Киеве, имел неосторожность сказать тренеру Кристалла, что хочу жить в приличном городе, где нормальные бытовые условия, что колбаса продается не только в Москве... В итоге тренер попросил журналиста Комсомольской правды написать про это, и вышла статья: «Комсорг команды продался за батон колбасы». У меня начались сложности, как я уже говорил, Федерация не разрешала мне играть полгода... Тем не менее,все сложилось удачно, да и роль Анатолия Николаевича Хорозова, многолетнего президента Федерации хоккея Украины в принятии этого, как оказалось, судьбоносного для меня решения как игрока, а позже и как тренера была огромной. 
Забрасывали шайбы в ворота киевского Динамо? 
Да (улыбается). Особенно запомнился случай, когда Кристалл приехал 1971-м году в Киев играть против Динамо. Киевляне, недавно покинувшие Высшую лигу, были полны намерений как можно быстрее в нее вернуться. Перед спаренными играми нас поселили на базу на Нивках. Администратор Динамо Петр Котляр нас встретил, рассказал, что в гидропарке открылся ресторан «Колыба». Был декабрь, но очень теплый, даже Днепр не замерз. Надо добавить, что в Саратове в то время деньги платили хорошие, плюс премиальные, да и погулять саратовские ребята любили. А наш главный тренер как раз уехал в Москву по каким-то организационным вопросам. Народ гулял хорошо: шашлыки и к шашлыкам, как положено... А динамовцы ждут – «сейчас мы их тепленькими возьмем». Как пример, могу сказать, гуляли так широко, что сторож «Колыбы» не мог даже сиой забрать свою собаку, получившую от хлопцев целую миску шашлыков. И, несмотря на то, что некоторых игроков приводили в чувство, окуная в Днепр, мы тогда дважды обыграли Динамо. Наша тройка, не участвующая в этом «празднике», забросила в 2-х матчах четыре шайбы из шести. Это, конечно, антипедагогический пример подготовки к матчам, но как говорится, из песни слов не выкинешь... 
С кем дружили в Соколе в бытность игроком? 
С Александром Сеукандом. Мы с ним в одно время пришли в команду, получили квартиры рядом, жили в одном номере во время сборов и игр. 
Сейчас общаетесь с Александром Юрьевичем? 
Нет. Есть вещи, после которых руки не подают. Больше мне не хотелось бы об этом говорить.




О сборной Украины мы поговорим немного позднее в нашем интервью. А сейчас ответьте на вопрос: как Вы стали тренером киевлян? 
В середине сезона 1976-77 киевский Сокол возглавил Анатолий Александрович Егоров. Это тот самый знаменитый Егоров, под руководством которого сборная Польши в 1976-м году обыграла на чемпионате мира команду СССР, лишив ее звания Чемпионов Мира. Я был капитаном Сокола. Он видел меня в команде на месте играющего тренера, что было тогда модно в хоккее. У киевской команды были дружеские отношения с поляками. Мы поехали на предсезонный сбор в польский городок Новый Тарг, что под Краковом, городом-побратимом Киева. А на обратном пути на Брестской таможне у нас произошло ЧП: один из наших хоккеистов пытался провезти через границу, как сейчас говорят, коммерческое количество париков, за что был осужден. Это событие наложило негативный отпечаток, как на оставшуюся часть подготовки к сезону, так и на его начало - ведь на команду постоянно негативно действовал этот психологический груз. Анатолий Егоров переживал из-за этого очень сильно. Старт сезона сложился для нас не очень хорошо, да и жена его постоянно просила переехать домой в Москву, угрожая разводом. Он уехал, а меня оставили «пока поработать». Играли мы в то время на Льдинке. Спортивное руководство Украины пыталось пригласить известных тренеров, среди которых были Борис Майоров, Александр Прилепский и другие. Поговаривали, что даже Анатолий Тарасов, находившийся в то время вне хоккея, несмотря на свой «золотой» для тренера возраст (56 лет) также получил предложение возглавить команду. Но, ознакомившись с состоянием хоккейных дел, перспективой и, мягко говоря, небольшой заинтересованностью в развитии хоккея, покидали Киев. Вот так я и остался у руля киевской команды, которая на тот момент играла в Первой лиге. Несмотря на то, что мы к тому времени потеряли шанс пробиться в Высшую лигу, но стимул завершить чемпионат как можно лучше у нас был. В то время хоккеистов, имеющих звание «Мастер спорта СССР», было не так много, тем более играющих в первой группе классе «А». У нас в команде было несколько хоккеистов, играющих в «Динамо-Соколе» 5-6 лет, что давало право, заняв место не ниже шестого, в течение каждого из этих сезонов, получить заветное звание. Кроме почета, это добавляло десять рублей к зарплате. В итоге мы заняли шестое место, поднявшись с 11-го, когда я возглавил команду. Это, по-видимому, и предопределило, что следующий сезон я начал без приставки «исполняющий обязанности старшего тренера». 
В Польшу выезжали на сборы из-за лучших условий? 
Да, там были хорошие условия для тренировок, лучше питание. Сборы в Польше ввел еще до этого другой главный тренер Сокола Егоров, но только - Владимир Кузьмич. Их часто путают. Владимир Егоров – тренер тоже очень известный. Он был в тренерском штабе Аркадия Ивановича Чернышова, когда сборная СССР выиграла первые звания чемпионов мира в 1954-м и 1956-м годах, первое олимпийское золото в 1956-м году. До Сокола Владимир Кузьмич работал тренером в польском чемпионате, знал их условия, и поэтому предсезонная подготовка киевлян проходила под Краковом. 
После того, как вы стали главным тренером Сокола, кого пригласили помощником? 
Александра Фадеева, с которым мы играли в одной тройке в саратовском Кристалле, и одновременно получили приглашение выступать за Динамо. Но он принял приглашение другой украинской команды, из Запорожья. После выхода в Высшую лигу к нам присоединился еще один мой саратовский одноклубник Бронислав Сомович – классный специалист по селекционной работе. Он многое сделал для команды, ведь в то время в чужом городе могли даже арестовать, если узнавали, что ты приехал за их хоккеистами.  В то время в командах еще не было официальной должности тренер-селекционер. 
Бронислава Викторовича можно назвать первопроходцем в должности селекционера? 
Безусловно! У Бориса Кулагина в Спартаке в те годы был свой селекционер Борис Шагас, который впоследствии более 20-ти лет был на той же роли в «тихоновском» ЦСКА. Он и Сомович дружили. По сути, эти два человека о советском хоккее знали все. Всех наших молодых хоккеистов привез Сомович: Степанищев, Шундров, Ширяев, Шастин, Земченко, Земко, Менченков, Татаринов, Овчинников… Да раньше билет купить на поезд, самолет или место в гостинице выбить практически невозможно было. Сомович и в этом плане был незаменим.
В те годы хоккей «произрастал» из Москвы - в столичных клубах выступали все лучшие игроки советского союза. Те из них, кого освобождали из московских клубов, как правило, легко находили работу в провинциальных клубах, то есть доигрывали свою карьеру. С первых дней работы наш тренерский штаб принял для себя принципиальное решение - в услугах таких хоккеистов мы не нуждаемся. Поскольку из киевских воспитанников, к сожалению, в основном составе команды играл лишь Юрий Павлов, мы были вынуждены обратить наше внимание на молодых, неизвестных широкой публике и специалистам, хоккеистов из Сибири, Урала, Усть-Каменогорска, желающих совершенствоваться в хоккее, «голодных» к успеху. Они знали, что в Соколе им будут доверять, предоставят возможность проявить себя, понимали, что для этого необходимо много и тяжело работать. И это привлекало ребят и иногда нам даже удавалось выиграть битву за хоккеиста у московских клубов. Так, например, Евгений Шастин из Омска, игравший в молодёжной сборной СССР в тройке с Владимиром Крутовым и Игорем Ларионовым, получив приглашение московского Динамо, выбрал все-таки Сокол. 
А Николай Нариманов? 
Коля перед переходом к нам уже играл Высшей лиге в основном составе свердловского Автомобилиста и хотя уже был достаточно известным у хоккейных специалистов, так как играл в молодежной сборной СССР 1958-го года рождения, выигравшей звание чемпионов мира в Канаде, в составе которой выступали Вячеслав Фетисов, Сергей Макаров, Алексей Касатонов, Александр Кожевников и другие известные в будущем звезды, в силу каких-то причин не был избалован вниманием московских клубов. Нам же он приглянулся - и мы не ошиблись в своем выборе. Хотя его не рвали на части, как например, Александра Семака 1966-го года рождения после чемпионата мира 1985 года, где я был тренером молодежной сборной СССР. В аэропорту представители ЦСКА и Динамо встречали «молодёжку», и сразу по прилету Семаку было присвоено звание лейтенанта КГБ. По традиции, желавшие играть в национальной сборной СССР игроки из провинциальных клубов, приглашались в ЦСКА и Динамо, затем была «очередь» Крыльев Советовов и Спартака, а потом уже шли Сокол и другие. Но уже с середины 80-десятых, Сокол комплектовался своими воспитанниками. 
Вы стали тренером в 29 лет. Были из-за этого сложности с бывшими партнерами по команде? 
Удивительно, но нет. Они меня продолжали называть по имени, без отчества. Всем было интересно, как доиграем вторую половину сезона-1976/77, и что из этого получится. После завершения сезона, когда меня утвердили на должность главного тренера, я много консультировался в московском институте физкультуры на кафедре хоккея. Мы с Александром Фадеевым составили жесткие тренировочные программы сборов, и вот тогда начались сложности. В команде было много «доживающих» в хоккее, да и дисциплину надо было подтягивать. Это была работа. Как говорил Василий Иванович Чапаев: «За столом мы друзья, а в бою я твой командир». Многим пришлось уйти. 
Вспомните, как Сокол вернулся в Высшую лигу в 1978 году? 
Решающие два матча мы играли в Уфе, и нам надо было выиграть одну игру, что мы и сделали. Должен отметить, что Салават Юлаев к этому моменту досрочно занял первое место, обеспечив себе путевку в Высшую лигу на следующий сезон. Будем откровенны, нам еще повезло, что где-то в середине чемпионата стало известно, что ленинградский СКА вылетает в Первую лигу, и Федерация приняла решение увеличить численность команд в Высшей лиге с десяти до двенадцати. Так, заняв второе место, мы пробились в лигу сильнейших. 
Интересно, что одним из соперников в 1978 году за выход в Высшую лигу была команда Бинокор из экзотического для хоккея Ташкента. Узбекская команда заняла четвёртое место, отстав от Сокола на 9 очков. 
Ташкентская команда играла неплохо, так как хоккеисты там были в основном из Новосибирска, Челябинска и Усть-Каменогорска. Очень необычно было, когда после игр в Новосибирске, где температура была уже 20-ть градусов мороза, Сокол прилетал в Ташкент, где столбик термометра показывал «+20»! Все было необычно - узбекский рынок, дыни, огромные горы-терриконы белого лука, чайханы. Когда сезоном ранее прилетал в Ташкент, как игрок Сокола, жили Бог знает где, а уже в следующем году нас поселили в отеле, в центре Ташкента, где уже в то время были кондиционеры.



В сезоне-1978/79 Сокол  спустя восемь лет  вернулся в высшую лигу. У Вас, как у главного тренера, не было мандража, что команда не удержит таких звёзд, как Харламов, Мальцев, Михайлов и других? 
Знаете, не было. Да, это правда. Возможно, это по молодости лет, но не боялся ни высоких начальников, ни соперников, а, может, потому, что и терять-то мне было нечего, да и не «наигрался» я, тянуло на лед.
 В Первой лиге мы со всеми играли в активный, атакующий хоккей. В таком же ключе мы попробовали играть и в Высшей лиге. Но нам сразу же дали по «соплям», и мы начали перестраиваться – больше играть от обороны. А нужно отметить, что тогда хоккей был, я бы сказал, романтический, и состав который пробился в Высшую лигу, не хотелось менять. Мы слабо усилились перед сезоном. Наверное, только Сергей Горбушин был серьезным приобретением, который затем долго верой и правдой служил Соколу. Был ли у игроков мандраж перед звездами мирового хоккея? Я не знаю. В те годы мы были одной страной, но нас считали хоккейной провинцией, не очень любили в Москве, иногда старались прижать. Возможно, это не очень педагогично, но мы старались настроить ребят на то, что мы заставим их считаться с нами. Мы обыграли ЦСКА в решающем для нас матче сезона. Это вообще был очень интересный поединок. Если бы мы выигрывали его, то оставались бы в Высшей лиге без переигровок, опережая свердловский Автомобилист. ЦСКА приехал в Киев уже в ранге чемпионов СССР, без Виктора Тихонова. Его заменял Юрий Моисеев. Но как оказалось, это было еще хуже. До нас доходили слухи, что Тихонов дал указание отдохнуть вратарю Владиславу Третьяку перед чемпионатом мира, и что, возможно, не будет других лидеров армейцев. Но играли все: Третьяк, Михайлов, Харламов…. Мы проигрывали, по-моему, 4:6, и игра так спокойно катилась к финальному свистку, но проявили характер и сравняли счет. Идут последние минуты матча, мы играем в меньшинстве и, кажется, что вот-вот они нас дожмут. Но тут Геннадий Цыганков делает передачу по синей линии, Сергей Давыдов перехватывает шайбу, убегает и забивает Третьяку в девятку! 7:6! К счастью, и время закончилось. Ну а потом у Сокола уже никогда не стоял вопрос о вылете из Высшей лиги. 
Были тогда драки во время игр? 
Тогда не принято было драки освещать. Это сейчас игроки подрались, все журналисты - «Класс!». Помню один момент, когда мы играли перед Новым годом со Спартаком и ЦСКА вначале в Киеве, а затем с ними же в Москве. Тогда Анатолий Тарасов вместе с Анатолием Фирсовым проводили в Киеве детский турнир на приз Золотой шайбы, и попросил в день игры Сокола со Спартаком меня с нападающим Анатолием Деминым провести тренировку для детей. После тренировки Тарасов предсказал, что мы обыграем москвичей, так как главный тренер Спартака Борис Кулагин отказался дать своих игроков для детских занятий. И точно, мы обыграли Спартак, затем ЦСКА, и поехали играть с ними же в Москву. В поединке с армейцами игра шла в одну-две шайбы. По окончании матча Саша Менченков сцепился с Вячеславом Фетисовым и Алексеем Касатоновым. Они налетели, два здоровенных таких «быка», на Менченкова, но Саша был неуступчивым и дал отпор. Но он был один. А наши голуби стоят и смотрят. После этого поговорили мы в раздевалке... 
Со слов киевских хоккеистов, игравших в том поединке, к моменту драки уже прозвучала финальная сирена, и команды выехали на приветствие. Наши игроки просто оказались отрезаны армейцами от драки. 
Да нет, это было, когда команды выходили с площадки. В любом случае игроки обязаны защищать друг друга, несмотря на никакие авторитеты. Именно так, в том числе, формируется образ команды-бойца. Думаю, этот послеигровой разговор имел положительные последствия, в дальнейшем подобное не повторялось. 
Много домыслов ходит про уход из команды в 1979 году любимца киевской публики, лидера атак – Владимира Бабашова. Как это было? 
Володя был игроком негабаритным, но компенсировал это быстротой и мужеством. Для меня стало приятным сюрпризом, что он в сезоне-78/79 в Высшей лиге забросил 21 шайбу. Бабашов был игрок с юмором. После завершения сезона шутил: «Ну, что, теперь я опытный игрок, хватить носиться, как угорелый, буду «головой» играть». Они с Юрием Шундровым оба родом из Пензы и после тренировок устраивали соревнования. Шундров закрывал ловушкой глаза и говорил: «Давай, бей Володя!», и Бабашов ему забросить не мог, настолько был предсказуем, проблема с игровым мышлением… Возможно.

А потом Сокол был на сборе в Берегово в Карпатах, и ребята играли в футбол. Я никогда не любил игры в футбол на тренировках, так как это травматичный вид спорта, особенно для хоккеистов. Сила и желание у игроков есть, а техника подводит. Лучше играть в гандбол или баскетбол. Бабашов поскользнулся на траве во время футбольного матча, потянул ахилл, и потом долго восстанавливался, никак не мог войти в форму. Затем Володю попросил у нас Ижевск, и мы его отдали. Нормально расстались, после этого общались без проблем. То есть шел естественный процесс: игроки получают травмы, стареют, сбавляют в работе, на их место приходят другие хоккеисты… 
Как Вы относились к трюку Бабашова, когда он брал шайбу на крюк клюшки и, не опуская ее на лед, катался с ней по площадке? 
Да, ради Бога! Хорошо. 
Валерий Васильевич Лобановский, с которым Вас часто сравнивают, не поощрял такие трюки, требуя надежности от футболистов. Для Вас была важна, прежде всего, игровая дисциплина или давали хоккеистам импровизировать? 
На трюк Бабашова смотрели, как на юмор, так как еще толком никто не знал – можно так делать по правилам или нельзя. У того же Шундрова был фирменный трюк, когда он ловил шайбу в ловушку, и чтобы не было вбрасывания в нашей зоне подбрасывал ее и щитком по-футбольному выбивал. Один из ведущих наших судей Юрий Карандин дал ему за это две минуты. Спрашиваю: «За что две минуты?». «Он бьет ногой». «Ну и что, что он бьёт ногой? Он же не человека бьет, а по шайбе. В правилах же нет наказания за это». Карандин со мной так и не согласился, нам пришлось играть в меньшинстве.
Игровая дисциплина в команде была строгая, но место для импровизации всегда оставалось, главное - не во вред игре. Нашим игровым кредо было быстрое начало атак продольными передачами, как говорят в североамериканском хоккее – «север-юг», а не поперек, и каждый вход в зону соперника должен был заканчиваться атакой ворот «с ходу», с обязательным движением игрока без шайбы на помеху вратарю или на добивание. На тренерском совете в Москве тот же Карандин как-то сказал, что у нас есть команда, которая играет в канадском стиле: «Это – Сокол, игроки всегда нацелены на броски, на ворота», да и не он один так считал, правда, не всем это нравилось.



А вы сами считаете, что у Сокола был северо-американский стиль игры? 
Трудно сказать. В те годы мало было информации из-за океана, смотрели немного канадцев только по телевизору. Единственное, что с 1979 года я стал работать тренером во второй сборной СССР, и мы часто ездили в Северную Америку, играли против разных американских команд. Мы строили в Киеве молодую команду, с жесткими тренировками – бегали кроссы по двадцать километров на летней подготовке. Сейчас такое даже представить тяжело, чтобы давать такие нагрузки хоккеистам (смеется). Вот примерный рабочий день на предсезонных сборах в Черкассах на берегу Каневского водохранилища. Утро начиналось с 8-километровой пробежки за 40 минут, затем на песчаном берегу выполнялся комплекс специально-развивающих упражнений, включающий в себя прыжки, отжимания, упражнения для мышц брюшного пресса. В дневной тренировке, на песке, в занятии по развитию скоростно-силовых качеств, спланированном в хоккейном игровом режиме, 1 минута работа - 2 минуты пауза, в течение времени 3-х хоккейных периодов. Уделяли большое внимание прыжковым упражнениям, развитию силовых способностей, перенося на руках партнеров, мешки с песком. Вначале это упражнение делали с блинами от штанги, но они жестче, а мешок с песком «плывет» и его тяжелее нести.
В середине 80-десятых мы стали играть в 4 пятерки и соответственно в предсезонной подготовке тренировочный режим планировался исходя из этого. То есть, 40 секунд более интенсивная работа и 2 минуты пауза. 
Как выдерживали такие нагрузки хоккеисты? Не падали в обморок? 
Нет, ведь у нас был хороший доктор команды Владимир Павлович Леман, который очень хорошо контролировал функциональное состояние хоккеистов. Уже в то время в нашем распоряжении были датчики, показывающие пульсовые показатели игрока в нагрузке и в паузе отдыха. Такая возможность у нас появилась благодаря нашим финским коллегам из команды Ильвес, из города-побратима Киева, Тампере. Да, был случай, когда в моче одного игрока обнаружили фрагменты крови, появившиеся в результате разрыва мелких кровеносных сосудов. Все нормализовалось через пару дней отдыха. Этот случай, я считаю, показывает, что наш доктор постоянно контролировал состояния здоровья хоккеистов. Интенсивные тренировки не только помогали нам поддерживать высокий темп в отдельных матчах, но и давали возможность не терять кондиции в течение сезона. А спортивное долголетие, например, Юрия Шундрова и Валерия Ширяева, игравших на уровне национальной команды Украины в возрасте 40 и более лет, думаю во многом базировалось на такой тренировочной работе. 
В команде строго наказывали за нарушения режима? 
Как и во всех профессиональных командах того времени и сейчас, существовала система наказаний-штрафов, но у нас работала и система материальных поощрений. 
В хоккейных кругах ходит юмористическая история, что после того, как один из игроков нарушил режим, вы сказали: «Приехали голые-босые. Вас обули-одели, а Вы так себя ведете». Игрок в ответ ответил: «Почему голые приехали? Я в шубе был!» 
(Смеётся). Что касается сказанного с моей стороны, то это, конечно же, была метафора. Ну, а суровая правда тех времен была такова, что даже в профессиональной команде попросту не хватало не только качественного спортивного инвентаря, но и даже мало-мальски подходящего. Экипировка современных команд нам не могла присниться даже в самых радужных снах. И действительно, порой приходилось нашему администратору Василию Митрофановичу Фадееву проявлять чудеса изворотливости, чтобы одеть и обуть хоккеистов. Однажды, на послесезонном сборе в Гантиади мне пришлось одалживать свои кроссовки только прибывшему в команду Андрею Земко, его кеды просто развалились. 
Вспомните забавный случай из жизни Сокола? 
Помню, когда Сергей Земченко сел за пианино и сыграл. Все были удивленны, что, оказывается, хоккеисты могут еще играть на пианино? (смеётся)
В интервью использованы фото из личного архива Анатолия Богданова. 
http://isport.ua/hockey/ukraine/news/259102.html 


http://r-hockey.ru/player.asp?TXT=1010
http://www.eliteprospects.com/staff.php?staff=438 
http://www.eurohockey.com/player/526026-anatoli-bogdanov.html