Показаны сообщения с ярлыком Николишин Андрей Васильевич. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Николишин Андрей Васильевич. Показать все сообщения

пятница, 24 июня 2016 г.

Николишин Андрей Васильевич



Николишин Андрей Васильевич 25.03.1973



















Воркута. Нападающий. Заслуженный мастер спорта (1993). Воспитанник Олимп (Воркута, тренер – Богатырев Виктор Васильевич), Динамо (Москва, тренер Полупанов Владимир Андреевич). На драфте НХЛ в 1992 г. выбран во 2 раунде под общим номером #47 Hartford Whalers. Игровой номер № 13. За Трактор провел 4 сезона, 164 игры, 106 (34+72).
Карьера игрока: Динамо-2 (Москва) – 1989/90-1990/91, 1994/95, Динамо (Москва) – 1990/91-1994/95, 1998/99, Hartford Whalers – 1994/95-1996/97, Washington Capitals – 1996/97-2001/02, Portland Pirates (AHL) – 1997/98, Chicago Blackhawks – 2002/03, Colorado Avalanche – 2003/04, ЦСКА – 2004/05, Лада (Тольятти) – 2005/06, Авангард (Омск) – 2005/06, СКА (С.Петербург) – 2006/07, Трактор – 2007/08-2010/11, Сокол (Киев) – 2011/12, юниорская, молодежная и основная сборные России.
Карьера тренера: СДЮСШОР ЦСКА – 2011, Трактор – 2014/15-2015/16, Амур (Хабаровск) – 2015/16
Достижения игрока: чемпион МХЛ 1992/93, серебряный призер чемпионата МХЛ 1993/94 в составе Динамо (Москва), серебряный призер чемпионата России ПХЛ 2005/06 в составе Авангарда (Омск), чемпион мира среди молодежи U20 1991/92, чемпион мира 1992/93, бронзовый призер Олимпийских игр 2001/02.

Сезон
Регулярный сезон
Команда
И
Г
А
О
+/-
Ш
ГП
2007-2008
Чемпионат России ФХР. Суперлига
Трактор
32
11
20
31
5
30
0
2008-2009
Чемпионат России КХЛ
Трактор
48
10
29
39
5
108
1
2009-2010
Чемпионат России КХЛ
Трактор
46
7
15
22
-17
77
1
2010-2011
Чемпионат России КХЛ
Трактор
30
5
8
13
0
22
1
Всего


156
33
72
105
-7
237
3
Всего за Трактор


164
34
72
106
-11
245
3
Сезон
Плей-офф
Команда
И
Г
А
О
+/-
Ш
ГП
2007-2008
Чемпионат России ФХР. Суперлига
Трактор
3



-2
4

2008-2009
Чемпионат России КХЛ
Трактор
3
1

1
0
2
0
2009-2010
Чемпионат России КХЛ
Трактор
2


0
-2
2
0
Всего


8
1
0
1
-4
8
0

Про капитана «Трактора» Андрея Николишина сняли кино
Алексей МИКУШИН
Часовой документальный фильм «Три периода и овертайм» про нынешнего капитана «Трактора» Андрея Николишина [Андрей Николишин: профиль хоккеиста] на днях показали в РК «Мегаполис». Премьера состоялся лишь для нескольких десятков поклонников команды...



«Держи вора»!
Андрей Николишин (далее - А.Н.):
В моей родной Воркуте морозы под 40 градусов. Побегаем в коробке, и минут 10 в раздевалке греемся. Так вот тренировались. Прибавьте сюда полярную ночь, - это когда солнце появляется максимум на пару часов, метели...
Помню меня как-то милиция задержала с формой. Не было хоккейного баула. Форму таскал в трех больших сумках... Перехожу через дорогу. Ко мне экипаж подруливает: «Кто, мол, такой, откуда, что у тебя за вещи?». Затолкали меня менты в «обезьянник» своего «уазика», и довезли до хоккейной коробки. Смотрят, а там еще человек 20 таких же, как я сидят в раздевалке с такими же сумками.

Первый тренер Андрея Николишина Виктор Васильевич Богатырев:
Играли на турнире в Москве. Николишин там у нас на первых ролях. Вернулись обратно в Воркуту. Тут же приходит телеграмма. Звонят с почты. Я спрашиваю: «А текст можете прочитать?». Пожалуйста: «Вызывается на просмотр в хоккейную школу московского «Динамо» Андрей Николишин». И подпись: «Александр Мальцев». Мне задают вопрос: «Правда, это тот самый легендарный Мальцев?». «Правда-правда», - отвечаю.

Тренер «Динамо-73» Полупанов Владимир Андреевич:
Николишин попал на просмотр в «Динамо», и «с корабля на бал» - сразу же на матч с ЦСКА. Играли мальчики 1973 года рождения. Мальчишка не из Москвы, из далекой Воркуты. Нужно было его посмотреть в деле. Может другой возможности-то и не будет... По ходу игры вижу: хороший мальчик, работяга, пытается что-то создать, но ничего особенного не получается. Время к концу матча. Ну, думаю, наверное, придется «отстегнуть» его от столичного клуба...
Мы проигрываем. Остается минуты две до конца матча, и вдруг... Андрей забивает два гола! Естественно, после игры отношение к нему изменилось...

А.Н.: Полупанов подходит после матча. Обнял: «Спасибо, Андрей, ты сделал динамовцев чемпионами Москвы!».
Первый тренер Андрея Николишина Виктор Васильевич Богатырев:
Ко мне подходит один из тренеров ЦСКА: «Давайте, я этого парня заберу к себе, будет у нас в ЦСКА играть даже за 71-й год?». Я: «Даже не знаю, вроде с «Динамо» договоренность». И после игры подходит Полупанов и говорит, что все, парня забираем, пусть заканчивает школу в Воркуте, и мы сразу присылаем ему вызов в динамовскую спортшколу.

Мне не до курева было
А.Н.: Я знал, что если хочу многого добиться, я должен много тренироваться. Ребята сейчас вспоминают: «Ты помнишь, каким фанатом ты был?». Тренировался три раза в день вместе с командой, а после ужина, часов в восемь-девять - еще пробегал километра полтора-два и потом на турнике и брусьях упражнения делал.
Да, кто-то из старших ребят уже покуривал в кустах, но это все не для меня. Те, кто так к тренировкам относился, возможно, там до сих пор в кустах и сидят (улыбается).
Первый тренер Андрея Николишина Виктор Васильевич Богатырев:
Андрей очень скучал по Воркуте. Приезжал на пару-тройку дней и со слезами уезжал обратно в Москву...

А.Н.: Мама мне высылала деньги. На проездной, на мороженое... И как-то раз у меня эти деньги украли. Причем свои же ребята. Ну просто некому было больше. Тогда хотелось все бросить, плюнуть на все, и уехать домой... Переборол в себе эту обиду, и пошел дальше.

Он родился «Васильичем»
Главный тренер олимпийской сборной России (2002) Владимир Юрзинов:
Андрей все отдавал, всего себя, чтобы только команда выигрывала. Вот эта его самоотверженность, очень большая самоотдача, преданность своему делу. Это восхищало.
Вообще, интересный был игрок. Я до сих пор вспоминаю. Николишин, Яшин, Каспарайтис, Ковалев, Юшкевич... Помню на чемпионате мира они забивали решающие голы...
Это великие игроки на так называемом «переломе» отечественной хоккейной истории. Важно было сохранить эту преемственность поколений.
Так, эти ребята во время сборов тренировались без устали. Все спать ложатся, а они ночью еще шайбу гоняют на площадке. Ладно бы пацаны слабенькие...

А.Н.: Помню, было мне лет 18. Я тогда в защитной маске играл - это по правилам. Загонял я одного уже зрелого игрока в углу площадки. Тот садится рядом со мной на скамейку, тяжело дышит: «Слышишь, парень, ты с какого года?». Я ему: «С 73-го». «Слышишь, это у тебя маска с 73-го, а сам ты с 53-го» (смеется). После этого он стал называть меня по отчеству - «Васильич», и пошло-поехало...

Первый тренер Андрея Николишина Виктор Васильевич Богатырев:
Он, по-моему, родился Васильичем, понимаете.

А.Н.: У меня была серьезная травма спины. Было время, когда у меня просто парализовывало одну половину тела... Не мог двигаться.

Главный тренер олимпийской сборной России (2002) Владимир Юрзинов:
Как он восстановился, не знаю. С такими травмами ребята заканчивают играть. А он нашел в себе силы стать ведущим игроком сборной страны, ведущим игроком в НХЛ.
Главное в Николишине - это характер. Характер, и порядочность. Он всегда открыто смотрел в лицо. Прямо в глаза.
Это командный игрок. Если нужно постоять за честь команды, за честь страны... Это Николишин.

А.Н.: На предварительном этапе чемпионата мира 1993 года проиграли всем кому только можно - шведам, канадцам... На следующем этапе выиграли у немцев, которые заняли первое место в своей группе... В полуфинале по ходу матча проигрывали канадцам 1:3, но в итоге вырвали игру - 7:4. А в финале... в финале выиграли у шведов.
Все нас тогда в расчет не брали: мол, на что может рассчитывать сборная России, когда Союз развалился. Собрались в «кулак» и показали всем, что мы достойны, что выигрывает команда.

Я спел песню про Воркуту
Игорь Ларионов, многократный чемпион мира, Олимпийских игр:
Андрей Николишин - это интеллигентный игрок в плане понимания игры. Это настоящий центральный нападающий, которых мало в России...

А.Н.: Поехал в Америку вместе с супругой Мариной. Она тогда была на седьмом месяце беременности. Это было для нас таким испытанием... Думаю сейчас: Елки-палки, можно было сделать все проще. Никого не предупредил, ни о чем не договорился. Хорошо что в этот же день встретил в ресторане генерального менеджера будущей команды...
Сразу же показали арену, раздевалку, сразу же решили все вопросы с расселением. И так и пошло. Шаг за шагом...
Да! Еще посвящение в новую команду. Это у них ритуал такой: каждый новичок встает на стул и поет свою любимую песню на любимом языке. Я спел песню про Воркуту, хотя все меня просили Гимн Советского Союза. Нет, говорю, про Воркуту буду петь!
Играл в «Хартворде», в «Вашингтоне», с которым дошел до финала Кубка Стэнли, потом в «Чикаго», «Колорадо»...
Отдельная история – выступление Николишина на чемпионате мира-97, на который форвард поехал без контракта с «Вашингтоном». Поехал, потому что по-другому поступить не мог. Андрей никогда не отказывался играть за сборную. Но на тот раз лучше бы отказался, если бы мог знать, что ценой поездки будет полмиллиона долларов и серебряная олимпийская медаль.

А.Н.: В третьем матче турнира я получил тяжелую травму, когда после вбрасывания пытался откинуть шайбу ногой и финн упал мне на колено, - вспоминает Николишин . – Сустав пошел на излом, полетели крестообразные связки. Лечился восемь месяцев, пропустил Олимпиаду в Нагано. Вел предварительные переговоры с «Вашингтоном», но после травмы подписал контракт на их условиях. Планировал получить 950 тысяч долларов, а вышло 440. Лечение и содержание должна была оплачивать ФХР. Но никакой страховки мне не оформили, и от федерации я не получил ни копейки. Операцию сделали за счет «Вашингтона».

«ОТЕЦ У МОЕГО СЫНА ВСЕГДА БУДЕТ РУССКИМ!»
Когда в прошлом году после неожиданного проигрыша американцам четвертьфинала чемпионата мира наша команда, которую многие числили среди главных фаворитов, как- то вмиг распалась и, как собственно команда, перестает существовать, сидели мы с Андреем Васильевичем и моим коллегой Сергеем Микуликом в номере миланской гостиницы и под бодренькую скороговорку комментатора Евроспорта (показывает финал Кубка Кубков) вели не самую веселую беседу. Тот сезон для Андрея выдался на редкость безрадостным. И «Динамо», где он в ту пору капитанствовал и сборная наша умудрились ничего не выиграть. Совсем. Трагикомизм ситуации состоял вдобавок в том, что на полуфинал должны были приехать к Андрею представители «Хартфорда» с готовым к подписанию контрактом, а теперь эта встреча явно становилась нереальной и переносилась на неопределенное время и совсем неясно куда. Но, несмотря на внешнюю мрачность ситуации, как-то все равно не казалась она совершенно беспросветной, ясно было, что подзатянувшейся черной полосе пора подходить к концу. Да и характер у Андрея не такой, чтобы руки опускать, даже когда очень тяжко.


Скажи, Васильевич, когда и где ты контракт с «Хартфордом» подписывал?
Пришлось мне в прошлом году на драфт лететь, вот там-то все формальности мы и уладили.
И как все прошло? Гладко?
Да тоже не совсем. Драфт - дело хлопотное, и забот у моих новых хозяев там выше головы было. Да я, собственно, и не ожидал, что они все забросят и будут только мной заниматься. Правда, встреча наша все время по разным причинам переносилась, и само подписание произошло уже за считанные часы до моего отлета домой.
И на этом твоя черная полоса закончилась?
В общем-то да. В команде приняли меня просто отлично, рекламу мне сделали, дай Бог каждому. С бытом там тоже, сам знаешь, никаких проблем. Все условия тебе создают, чтобы мог ты только на игре сосредоточиться. К сезону я летом здесь в Новогорске готовился вместе с «Динамо» и готов был очень неплохо. Когда в предсезонный лагерь в Хартфорде прибыл, мне их тесты на физическую готовность с дать было, что раз плюнуть. Там, кстати, тесты эти можно и заранее сдавать, если чувствуешь себя в силах, а иной раз, если тренеры явно видят твою готовность, тебе их и без формальной сдачи зачесть могут. Да и во время локаута я в отличие от своих партнеров в хоккей и играл. Все же двенадцать матчей за «Динамо» совсем не то же самое, что просто поддержание формы. Так что, когда сезон все же начался, я в «Хартфорде» был из числа немногих действительно к нему готовых. И не подумай, что я сам себя нахваливаю, это не только мое мнение, да и, согласись, с моей стороны было бы не очень умно прибыть на такое серьезное дело в разобранном виде. Так что на первую игру вышел я в лучшем виде.
И?
И было у меня в том матче четыре классных голевых момента. Но не пошла шайба в ворота. Я и не очень-то расстраивался, думал - ну, в этот раз не пофартило, в следующей игре должно получше получиться, а если не в следующей, то уж в третьей-то точно. А меня на девять игр на лавку усадили.
И как обычно без объяснения причин?
Не принято там никому ничего объяснять. Я об отношении тренера ко мне в основном из его интервью в газетах узнавал. А журналисты его сразу же пытать начали. Почему это русский. на которого такие деньги потратили, задом лавку полирует? В общем-то конкретных претензий в мою сторону так ни разу коуч наш и не высказал, так, намеками рассуждал о разнице русского и американского стилей, да еще говорил о том, что не хотят они меня сразу в пекло кидать, мол, лучше постепенно, исподволь меня в состав вводить, дать малость привыкнуть, притереться и прочее в том же духе. Сейчас, когда сезон окончился, и поиграл я в нем все же прилично, в спокойной обстановке рассуждая, могу с ними и согласиться, а тогда меня это жутко заедало. Я в бой рвался, а меняна лавке держали, ну не обидно! Я, конечно, старался вида не показывать, пахал на тренировках больше всех, старался мысли неприятные выкинуть из головы, но все равно заметно было, что мало меня положение дел устраивает. Хорошо, что команда у нас дружная, и ребята старались меня поддержать кто чем мог, да и менеджер при каждой встрече подбадривал, мол, потерпи, твой час еще придет. И действительно игры с одиннадцатой стали меня в четвертом звене на три-четыре смены выпускать. Потом постепенно стал больше времени на льду проводить. А последние двадцать-двадцать пять игр минут по тридцать с поляны не уходил.
А как с очками у тебя дела обстоят? Там ведь у вас в НХЛ на личных показателях все построено.
В конце сезона стало все нормально. Вот в этих последних двадцати пяти играх набралось у меня восемнадцать очков (8+10). На том отрезке - лучший результат в команде. Так что особенно быть недовольным собой повода вроде нет.
А с партнерами общий язык нашел?
Вообще-то не жалуюсь. Вот только из восьми своих шайб я с чужих передач всего два или три раза забивал. В основном приходилось самому себе моменты создавать.
А твои партнеры на тебя не в обиде? Передач-то мог бы и поболе набрать.
Не думаю, что есть у них повод на меня обижаться. Тренер, так он просто заставлял меня чаще по воротам бросать. Ругался даже слегка, мол, у тебя у самого отличная позиция, а ты и тут партнера ищешь. Не будешь бросать - голов не будет. Может, он и прав, но меня немного по-другому играть учили и отвыкнуть в один момент я от этого не могу, если партнер получше меня стоит, он передачу от меня обязательно получит, да и чужие защитники с вратарем частенько ее не ждут и на этом попадаются. А что касается передач, то их в лиге подчас странновато считают. Я вот однажды защитника обокрал и забил, а до того был вброс по борту и борьба за воротами. Так мне в тот гол двух ассистентов записали, за что, я так и не понял.
Надо полагать, что с такой горячей любовью вашего тренера к броскам вы на тренировке только ими и занимаетесь?
По большей части так оно и есть. А если кто после тренировки раньше оставался, то уж точно только ради того, чтобы побросать. А я по привычке брал шайбочку и возился с ней в средней зоне. Так ребятам это тоже интересно стало, один ко мне подъехал, хотел обобрать меня влегкую, а я его раз обыграл, второй, третий. Он завелся, а я ему еще пару финтов продемонстрировал. Ему совсем интересно стало, попросил показать, как это делается. Я показал, он к тренеру поехал рассказывать, та к тот аж из раздевалки приехал, просит и ему показать. В общем, сумел я их этим делом подзаразить, да еще и Игорь Чибирев свое умение показал, постепенно наши чехи подключились. Так что у нас теперь после тренировки не только борта стонут, а еще и тихая такая, интеллигентная отработка техники идет, приятно.
На тренерскую работу по этому поводу, случаем, не собираешься?
Да я еще поиграть хочу лет восемь-десятъ. А вообще приятно, когда к твоему мнению прислушиваются, а не отмахиваются, мол, чему этот русский нас еще может научить. У нас ребята с удовольствием учатся чему-то новому, а уж вкалывать, если нужно, могут, что называется, до потери пульса.
А к концу сезона нашел ты с тренером все же общий язык?
В общем-то да. Но и сначала у нас особых недоразумений не было. Придерживал он меня, это было, но он - главный, и в случае чего с него одного и спрос, так что окончательное решение принимает только он. И потом, он же видал, что я работал, старался пробиться в состав, так что со временем все это сыграло мне на пользу.
А про фарм-клуб мысли в голову не приходили?
Никогда! Да мне прямо было сказано, что о фарм-клубе и речи быть не может. Поначалу, когда меня еще в четвертом звене всего на несколько смен за игру выпускали, конечно, ни об игре в меньшинстве, ни о реализации лишнего и речи не было. Но как-то перед игрой в Филадельфии подзывает меня главный и говорит:
Помнишь юношеский чемпионат мира в Германии?
Помню, - говорю.
Как вы тогда с Канадой сыграли?
Обыграли их 7:2.
Так вот, будешь завтра играть против Линдроса и компании.


Ну, и как получилось?
Игру-то мы проиграли 3:4, но вот микроматч мы у этого «Легиона Судьбы» 3:0 выиграли. Линдрос свою шайбу все- таки забил, но нас в тот момент на поле не было. А после этого гола мне тренер заявляет:
Ты, Эндрю, персонально за Эрика отвечаешь. Когда он на поле, и ты со льда не уходишь. Партнеры твои меняться могут, ты - нет. Ушел Линдрос, можешь и ты отдохнуть. Вышел снова, твое место рядом с ним. Вот так я его всю игру и караулил. И, похоже, главному эта моя игра понравилась. Во всяком случае с того раза мне стали регулярно в меньшинстве доверять. И вчетвером, и втроем. И в большинстве тоже стал выходить, а если тебе роль в такой специальной команде доверяют, то считай, тебя в НХЛ своим признали.
С Линдросом ты справился, а как тебе против остальных великих игралось?
Да нормально игралось, во всяком случае в коленках дрожи не было. Отношение-то к ним все же особое, в том смысле, что с ними на поле ухо востро постоянно держать надо, а не то в дураках тебя быстренько оставят, а в остальном они такие же хоккеисты, как и все прочие. Вот, например, играли мы против «Рейнджере», и выкатывается прямо на меня из-за ворот Марк Месье. Держит совершенно потрясающую паузу, смотрит по сторонам, ищет, кому передачу отдать, а меня при этом не видит. Ну, я ему за это и выписал по первое число, как учили. Пришлось ему после нашей встречи на лавку с чужой помощью добираться.
Надо полагать, что после этого полицейские «Рейнджерс» тебе немало времени посвятили, или как?
Так они сразу на меня было полетели, но и наши бойцы - не худшие в лиге.
А вообще-то в том случае никаких разборок не было, ведь я Марка хотя и жестко обработал, но в то же время строго по правилам, а там за это ты никому ничего должен не остаешься, так-то.
А какие у тебя отношения со своими бойцами, берегут они тебя? А то по слухам Пашу Буре в клубе перестали защищать, обиделись на него, так ему, видимо, несладко в этом сезоне жилось.
У меня с этим, слава Богу, все в порядке. Меня ребята в обиду не давали. Чуть только начинают на меня наезжать, тут же в ответ выдавали по полной программе.
Значит, пытались тебя попугать все же?
Ну, как же без этого. Только недолго это продолжалось, наши быстро охотников до драки от меня отвадили. А лучший наш боец - Чейз, так тот вообще шефство надо мной взял. У него предки с Украины, так он меня, как земляка своего, считал делом чести защищать. Он и по-русски может несколько фраз прилично исполнить', вот только чудовищный акцент дело немного портит, и не американский акцент, а украинский. Главный у нас тоже бывший боец, так они с Чейзом вместе играли и здорово дружат еще с той поры. Бывает, что Чейз главному состав на игру определять помогает, советует, кого ставить, а кого придержать, и тот к советам этим прислушивается.
А кроме Чейза друзья в команде у тебя есть?
Близких друзей нет, но хорошие отношения практически со всеми ребятами.
Правда, сыскался у меня в команде единоверец, Джимми Карсон. Он как-то увидел, что я перекрестился перед игрой, ну мы с ним на эту тему и разговорились. Выяснилось, что он - наполовину грек, а значит, тоже православный, так на Пасху мы с ним похристосовались, а после игры слегка разговелись.
А вообще-то лучше всех у меня отношения с Игорем Чибиревым. Он и адаптироваться в новой стране мне помогал, и вообще он НАШ, и этим все сказано. Так что мы и на льду и просто по жизни с ним друг друга естественно лучше всех понимали. А жена его-Татъяна моей супруге при родах помогала, сидела с ней после часами безотлучно, хотя ей самой через полтора месяца рожать срок пришел.
А с кем еще из наших ты в Штатах отношения поддерживаешь?
В первую очередь, конечно, со своими динамовскими ребятами Сашей Карповцееым. Серегой Гончаром. Карповцевы-то вообще по американским меркам в двух шагах от нас живут, до Нью Йорка на машине всего ничего. Наш Хартфорд - городок совсем маленький, тысяч триста населения, и жизнь там патриархальная, слегка скучноватая, так мы с женой во время локаута много времени у Жорика (так в «Динамо» всегда Карповцева звали) проводили. В Нью- Йорке и посмотреть есть что, и с развлечениями все в порядке, и в магазинах на Брайтоне можно продукты купить такие, к каким ял а не американцы, привык. Среди сезона выбираться туда было куда сложнее, а когда Санька у нас родился, то и вообще не получалось, тогда Жора ко мне в гости приезжал. Так что было с кем русским словом перекинуться.
А английским?
Тут мне особо хвастаться нечем. Есть, конечно, и успехи, но пока я свободно по-английски не говорю, хотя понимаю практически все. Следующий сезон будет нормальным, неукороченный и времени для занятий должно быть поболее, надеюсь наверстать упущенное.
Давай, однако, вернемся к делам хоккейным. Что же вы ребята- китобои так неважно в этом сезоне выступили?
«Хартфорд» - молодая команда, одна из самых молодых в лиге, и вот опыта - то нам как раз и не хватает. У нас очень прилично играет нападение, вратарь вполне надежный, но вот про защиту этого никак не скажешь. Вот и терзают их чужие форварда, подчас самому смотреть на эти муки невмоготу. Уж больно много собственных ошибок в игре, а стоит нас подзапереть в зоне, так часто просто паника начинается, иной раз даже перехватив шайбу, ребята не знают, что с ней делать, порой просто выбросить из зоны не могут, тогда вообще срамотища.


А что же нападающие им не помогают?
Не успевают края в обороне отрабатывать, хотя это их святая обязанность. В обороне наши форварды играют персонально, а надо бы, по-моему, в зону, так ведь куда надежнее, и если попадается у соперников защитник пограмотнее, да если еще с приличной скоростью, то частенько нам туго приходится. Сколько нам шайб назабивали после контратак из-за провалов крайних нападающих, просто не счесть. Но мы работаем над этим, команда молодая и время на исправление есть. В новом сезоне, надеюсь, дела будут получше.
Надо думать, тренер вас по головке за такие игры не гладил.
Конечно. Вообще-то там не принято долго переживать проигрыши, но однажды, когда мы совсем не по делу, а по собственной дури дома очевидному аутсайдеру игру отдали, он нам разбор полетов крутой устроил, а потом на тренировках какое-то время так нас нагружал, что меня, например, еле ноги держали. Так что руководство с таким положением дел мириться не будет и нам спокойной жизни не даст.
Ты в этом году стал папой. Как чувствуешь себя в новой роли?
Отлично чувствую! Отец семейства - звучит гордо и солидности придает. А если серьезно, то, конечно, хлопот прибавилось. правда, в основном у жены. Санька у нас парень непоседливый, шебутной, так что спокойной жизни теперь надо надолго забыть. Он в первые месяцы так Марину уматывал, что она даже когда он спал, вскочит, бывало, среди ночи и пытается мне вместо него памперс поменять, а однажды собственную ногу пыталась убаюкивать. Сейчас он слегка подрос, но спокойнее не стал.
В качестве иллюстрации к характеру Николишина -младшего могу заметить, что на всем протяжении нашего разговора Александр Андреевич с поразительным упорством пытался отобрать у отца бутылку пива, а когда папа позволил ему овладеть пустой уже емкостью, устроил такой плач Ярославны по безвременно ушедшему напитку, что успокоить его мы смогли, только позволив ему начать новую попытку. Увидев новую полную бутылку, Александр впервые в жизни сделал больше пяти шагов подряд
И все же это, наверное, приятные хлопоты?
Эти да. Но самое смешное, что американцы к факту рождения человека на своей территории относятся с большим пиететом, поэтому гражданство США мой сын получит, если захочет, чуть ли не автоматически, а вот российское для него оформить у меня пока никак не получается. Обычная наша история: дайте нам справочку, что вам нужна справочка и прочее в том же духе. Так что Санька мой пока может считаться гражданином мира, никак не менее.
А сам ты гражданство часом менять не надумал?
Да нет, менять не буду. Может быть, стоит получить двойное гражданство, но только если для сьна так будет удобнее. А папа у него всегда будет русским.
Александр ФЕДОРЕЦ
Еженедельник Хоккей № 27-28 (225-226) 31 июля - 6 августа 1995 года

Андрей Николишин узнал о своем обмене из прессы
В начале июня в доме Николишиных раздался телефонный звонок. «Здравствуйте, Андрей! Из газеты беспокоят. Что вы думаете по поводу вашего перехода?» - «Какого перехода?» - «Так вы еще не знаете?!
Вас обменяли в «Колорадо».
Сначала я был немного расстроен, но, поговорив с главным тренером новой команды и взвесив все «за» и «против», взбодрился и сейчас доволен. Конечно, любой переезд очень болезненный, надо будет переводить детей в другую школу, искать новое место жительства, перевозить вещи... Недавно начал тренироваться, хожу в зал, сгоняю лишний вес. Немножко поднабрал, от хорошей жизни, наверное!



МОСКОВСКИЕ ДЖУНГЛИ
Мы жили в динамовском общежитии на «Водном стадионе». В комнате - я, Серега Климович из Новосибирска, Леха Ковалев, да еще Леха Деев. Учились в 210-й школе, тренировались на «Динамо». Кто только не жил с нами там, на «Водном»!.. Слава Лыко, бронзовый призер Олимпиады по метанию не то диска, не то молота... Такой большой, огромный, двухметровый! Помню, такси вместе ловили, час стояли - никто не останавливается! «Все, говорим, - Слава, иди в кусты, а то мы так вообще никуда не уедем!» Наше крыло было хоккейно-футбольное. Помните, был такой футболист Гурам Аджоев? Тоже там жил. А вот фигурное катание отселяли от нас подальше, они в другом крыле жили, видимо, чтобы не было конфликтных ситуаций! (Смеется.) Сами себе готовили - голод не тетка! Плитка, чайник, сковородка, тушенка, картошка. Знаете, общежитие - школа жизни. Оно воспитывает, закаляет, было у нас и воровство, и все что угодно! Главное - как ты себя поставишь, зарекомендуешь, так дальше и пойдет. Чуть дал слабинку - сожрут. Джунгли!
Да, собственно, сам спорт - джунгли...
Профессиональный спорт - да. Тем более сейчас. Сегодня все измеряется на сантиметры, на миллиметры, на полногтя.
Вы помните себя, когда впервые приехали в Москву?
Да, конечно. Это был не то чтобы шок, но... Довольно-таки тяжело привыкал к Москве. 87-й год, как раз с приходом Горбачева перестройка началась. Нет, на улицах еще было более-менее чисто, зато все продукты - по талонам, сигарет не стало, сахара... В Москву съезжалось полстраны - урвать, отовариться и уехать. Но спорт советский был еще на высоте, и мы успели застать нашу прославленную старую школу.
Почему именно «Динамо»?
В 87-м году мы играли зональные соревнования на призы «Золотой шайбы» по Северо-Западному округу. Заняли первое место и поехали в Пензу, и тоже стали первыми, в финале обыграли Мурманск. А Александр Николаевич Мальцев был на турнире представителем ЦК ВЛКСМ. Я получил там приз лучшего бомбардира и нападающего, вот Мальцев и пригласил меня в «Динамо». За год до этого он тренировал команду 1973 года рождения. Буквально через две недели в Воркуту пришло приглашение, и я приехал на смотрины. Первую тренировку провел с 1972 годом рождения, и Ерфилов Виталий Георгиевич мне сразу сказал: «Если тебя 73-й год не возьмет, мы тебя заберем к себе, так что не переживай!»

ДЯДЯ ВОВА
Когда в «Динамо» пришел Юрзинов, бело-голубые сразу стали чемпионами. Дела пошли в гору и в ближайшие пять лет равных «Динамо» не было. О-о, он очень грамотный! Очень грамотный, очень умный и в то же время очень земной. Свой мужик. С ним легко, рядом с ним себя не чувствуешь, ну... Обычно, когда общаешься с людьми такого уровня, ощущаешь себя немного скованно и неуютно, а с ним - абсолютно на равных! Всегда во все вникает, интересуется, все помнит, все понимает!.. И журналисты его всегда любили, везде его таскали - на радио, на телевидение, а он никогда не ездил один, все время брал с собой кого-то из молодежи. Знаете, как он говорил? «В хоккее вы можете и не блистать, но выйти и красиво сказать обязаны уметь!» Дядя Вова, конечно, красавец, молодец!
А вы так и ездите к нему в лагерь?
Я был у него всего один раз, в Швейцарии. Все как-то не получалось выбраться к нему - заботы, дела...
Как проходит лагерь?
Мы приезжаем, естественно, за свой счет, снимаем гостиницу, а он нам предоставляет условия для тренировок - договаривается с руководством клуба по поводу льда, раздевалок и остальных деталей, включая точильщика, составляет график занятий. Мы тренируемся с его командой или отдельно. Как правило, это двухразовый лед или лед утром плюс бассейн, тренажеры и все остальное. Рассчитываемся мы с дядей Вовой, это уже, как бы сказать, неофициальная благодарность за его хлопоты и потраченное на нас время и внимание.
Лагерь Юрзинова - это больше психологическая подготовка или...
В основном это психологический тренинг. За тот короткий промежуток, что мы у него работаем, а это где-то около двух недель, он обращает внимание на такие нюансы, которые ты сам ни за что бы не заметил. Для него игрок - это открытая книга. Вышел на лед, чуть-чуть покатался - он уже отметил твои недостатки. Понимаете, все-таки НХЛ - это индустрия, где ты практически не тренируешься, но постоянно должен выдавать на-гора. Там ничему не учат. Лагерь Юрзинова был для меня большим подспорьем. За время игры в НХЛ я многое забыл, многое потерял. Здесь-то, в России, есть и школа в тренировочном процессе, и игровая практика, но матчей меньше. В Америке такого нет: игры, игры, игры... А этот лагерь, как...
Курсы повышения квалификации?
Да, да, что-то вроде того. Высшая школа хоккея, скажем так. Это очень интересно! Плюс еще специфика природы Швейцарии - высокогорья: кроссики побегать, поплавать одно удовольствие! После тренировок - свободное время, каждый отдыхает, как хочет - центр Европы, Италия рядышком, Германия, сел в машину и поехал, милое дело!
Чем разнообразили досуг?
Первые пару дней, честно говоря, я отсыпался. А потом дядя Вова нам посоветовал съездить в одно местечко, там грязевые источники, ванны, мы ездили с Витей Козловым и Денисом Швидким. Потом, когда я уже уехал, ребята отправились на футбол, Андрюха Шевченко приглашал, «Милан» с кем-то играл. Были мы еще на стрит-параде в Цюрихе! Представляете, в город, положим, с трехсоттысячным населением, съезжается более пяти миллионов человек! Ну, что-то типа бразильского карнавала или лав-парада в Берлине.
Кислотная музыка кругом, огромная тусовка под открытым небом! Да и всех этих... как их там... трансвеститов, транссексуалов тоже хватает, представителей секс-меньшинств, и все это под грохот динамиков. Зажигательно! Мы даже поучаствовали! Ну что вы, как же, обязательно! Колбасило нас с двух дня и до пяти утра. А чтобы продержаться, подогревались всеми возможными напитками! Здорово было окунуться в эту атмосферу представляете, маленький красивый город, а тут все толпятся, и ты ходишь по городу, как будто в часы пик в метро, задевая друг друга плечами! И приходится протискиваться, проталкиваться - так необычно! Своеобразный слет интернациональной молодежи. Мало того, мне кажется, Дарюс Каспарайтис только ради этого каждый раз туда ездит! Серьезно! Ох, он от этого парада трещит! (Смеется )


НЕ ШОУ-БИЗНЕС И НЕ ШАХМАТЫ
Что тяжелее покорять - Москву или Америку?
А что значит «покорять»? Для меня такого понятия не было. Была цель, которой я хотел добиться и шел к ней. А покорять?.. Наверное, покоряют что-либо или кого-либо в шоу- бизнесе... Понимаете, Москва и Америка - совершенно разные вещи, разный уровень, разные задачи. Английский?! Да что вы, я, когда приехал, два года практически не разговаривал! Нет, учил, конечно, но язык давался тяжело, я какой-то стеснительный был и не мог перешагнуть психологический барьер, заговорить. А когда заговорил - пошло само собой.
Незнание языка не мешало карьере?
Знаете, я сейчас анализирую: с одной стороны - да, неудобно было, трудности в общении, туда-сюда... А с другой стороны, мне было намного проще - я очень многого не понимал, и это не капало на мозги. Я знал лишь то, что мне нужно делать. А все эти сплетни, потусторонние разговоры, интриги, шумиха в прессе - я этого не замечал.
Но это было?
Да, конечно, как и везде. Я сейчас принципиально не читаю газет - слишком уж много всякого выливается. Только за статистикой слежу - кто как сыграл, забили наши или не забили. Хотя в раздевалке, конечно, ребята обсуждают, кто да чего, а ты хочешь - не хочешь слушай. А это давит, как ни крути. Это, наверное, наш русский менталитет - очень уж мы все близко к сердцу принимаем. Американец через пять минут уже все забудет, а мы будем себя корить, грызть, искать причины. Поэтому, когда наши молодые ребята приезжают в НХЛ, то те, кто не говорит по-английски, выстреливают, играют намного лучше, есть такая тенденция. Как только парень заговорил - начинает его окружающий мир засасывать - и пошел спад. А когда еще он освоится, научится отделять нужное от ненужного?
Ваш лучший сезон в НХЛ?
Второй, в «Хартфорде», хотя поначалу травмы мучили. А первый получился скомканным из-за локаута. Потом удался сезон 1997/98, когда мы играли в финале Кубка Стэнли, причем из-за травмы я начал играть только после Нового года.
Помнится, та травма подстерегла вас на чемпионате мира в Финляндии?
Совершенно верно, тот самый злополучный чемпионат мира, где я
порвал связки. В Финляндию из НХЛ приехали только двое: Леша Яшин и я. Мы играли с финнами в квалификации, из группы с набранными очками выходили две или три команды, точно не помню. До того момента, как финн упал мне на ногу, вели, кажется, 3:1. Проиграли матч 7:4. В матче за третье место уступили чехам. Воспоминания, конечно... неприятные.
Что же заставило вас приехать тогда в сборную, не имея на руках подписанного контракта?
Да, собственно, ничего не заставляло. Было приглашение из сборной, и я даже не задумывался, мысли не допускал о том, чтобы не поехать. Позвонил мне, по-моему, Леха Касатонов, пригласил в сборную. Я - однозначно - да, без вариантов. Есть контракт - нет контракта, я на это и не смотрел. А там - ну, так получилось... Хоккей не шахматы. Другое дело, как себя повела Федерация в этой ситуации, но это уже отдельный разговор.
-???
А вот так, открестилась и все.
И никакой страховки?
Хм! Конечно, по идее должны были выплатить страховку! Элементарно - человек играет за сборную, получает травму, и от него просто отворачиваются! Ни материальной компенсации, ни моральной. Только Касатонов звонил, интересовался, как нога, как колено, заживает - не заживает, сочувствовал. Он один. А я из-за этого, можно сказать, на Олимпиаду в Нагано не попал, считай, восемь месяцев восстанавливался. Когда в августе проводился в Филадельфии сбор, я только начинал после операции работать на тренажерах. Юрзинов приехал в ноябре просматривать ребят, чтобы заявить первых пятнадцать игроков, а я еще даже на лед не вставал. Мы поговорили, я сказал, что в начале января планирую выйти на лед. Он меня подбодрил, сказал, что со счетов меня не сбрасывает. Но сказал еще: «Пойми меня, на Олимпиаде передо мной поставлена конкретная задача, и я буду брать сильнейших». Подошло время Олимпиады, у кого-то случился спад, появились отказники - Игорь Ларионов отказался от участия, с Федоровым было неясно, у него контракт не был подписан. А я начал кататься где-то за месяц до Нагано. Оставалось, по-моему, две вакансии, на которые претендовали я, Игорь Королев, Березин, кажется, и в последний момент «всплыл» Федоров, которого в конце концов и взяли. Я не попал. Четвертого числа, в день открытия Олимпийских игр, дозаявили последних игроков. А пятого числа у меня умер отец. Вот так. Серега Гончар полетел в Нагано, а я через день - в Воркуту, на похороны. Помню, мне позвонил Касатонов, выразил соболезнования. Это был, пожалуй, единственный человек, который меня тогда по-человечески поддержал.
А после того случая не появилось желание про сборную забыть?
Нет. Был неприятный осадок, и он, наверное, останется навсегда. Но Россия - она же не чиновниками одними полна, и если я еду играть, то не за Стеблина и не за руководство сборной, я еду играть за Россию. Меня тот факт от сборной не оттолкнул и не отпугнул.


РЫБА ГНИЕТ С ГОЛОВЫ
Вы, наверное, душа любого коллектива!
Кто, я? Ой, не знаю, не мне судить!
(Смеется.) Вот Равка Якубов!.. Энергетика у человека мощнейшая!
Да мы ведь все были воспитаны в нашем динамовском коллективе, где по-другому и быть не могло! Бывала и у нас своя ложка дегтя, не без того, и козлы отпущения были, и белые вороны. Но сам костяк!.. Это, безусловно, заслуга Владимира Владимировича, дяди Вовы, он поднял клуб. Все ведь от руководства зависит. Как только ушел Юрзинов - все развалилось, все буквально! Мне просто обидно, жалко и, честно говоря, больно, ведь я в этом клубе воспитался, жил. Очень неприятно смотреть на то, как клуб гниет. Ой, какое там сравнение! Того, что было, даже близко нет. А самое главное - нет коллектива. Хм, единомышленники!.. Да ничего никому там не нужно! Да, и деньги виноваты тоже, но ведь и тогда мы не бедствовали, я думаю, в пятерку самых высокооплачиваемых клубов «Динамо» входило. У нас была идея, мы были более сплоченные, стояли друг за друга, и было что-то такое, что нас объединяло. Другая психология! Но не зря же говорят, что рыба гниет с головы, не даром «Динамо» не может выиграть чемпионат. Все это не просто так. Мне очень жалко и обидно. Я постоянно слежу за статистикой и скажу вам, что не выиграть им ничего в ближайшее время. Ничего не выиграть, пока все там не изменится.
А помните тот сезон, когда вас признали лучшим игроком чемпионата России?
Да, конечно, 1994 год. Хм... (Улыбается.) Самый удачный мой сезон в личном плане и самый противный за всю карьеру - в командном. Я бы его вообще вычеркнул. Проиграли клубом все что можно, а я взял все индивидуальные призы, какие только были! Лучший бомбардир, самый ценный игрок чемпионата, лучший бомбардир на Олимпиаде среди наших, еще какие-то титулы!.. Как так вышло?! Черт его знает... Сезон выдался, конечно, кошмарный. Проиграли чемпионат и Кубок России, Кубок европейских чемпионов, Олимпиаду и чемпионат мира... Я, честно говоря, не знаю, как вы вспомнили об этом. Все, проиграли - и точка. А чемпион - «Лада».
Как вы думаете, почему у нас со сборной сложилась известная ситуация?
Не знаю, имею ли я право судить, но думаю, что Плющев себя изначально неправильно повел. Он открестился от всех и возомнил о себе очень много. Да, он все выиграл с молодежкой, но первая сборная - это другое. У молодых ребят психология скользкая, они играют на эмоциях, на драйве. Да, проскочили предварительный этап, потому что их результат не держал. Пошла игра на выбывание, пошел «жим-жим» - и скисли. Нет, у Плющева хорошие были ребята - у них столько было старания, с такой самоотдачей играли - приятно посмотреть! Но этого мало. Нужен фундамент. Был бы тот же Андрюха Коваленко, Макс Сушинский, Разин, много не надо... Он лишнюю секунду шайбу подержал, паузу вьггянул - хладнокровие продемонстрировал, а оно передается остальным. Почему в НХЛ держат бойцов? Вроде подрались и подрались, но психологически важна встряска... Тот же Юдин в прошлом году... Про него говорят: бестолковый, тупой, дерется без толку. Но каждый игрок на скамейке соперника сидит, и у него в подсознании вертится: «Да нафиг мне надо выходить против этого?.. Он же мне сейчас что-нибудь сломает...» И он на льду боится и объезжает его за три версты. И никто против него играть не хочет. Психологически трудно. В ключевой момент поджилки затрясутся - все, до свидания. И на чемпионате мира наши проиграли в психологическом аспекте.
А Плющев не прав, щ Взять Новосельцева, который в своей команде-то толком не играет!.. Во «Флориде», которой до плей-офф, как до Китая. Я не понимаю... Вот они говорят: «На перспективу!» Но что значит - играть на перспективу?! Как может сборная России играть на перспективу? Да для меня само слово «перспектива» непонятно! Нам что, медали нужны не сейчас, а в 2008-м году или в 2010-м?! Не было у нас такого и никогда не будет. У нас всегда ставили максимальные задачи
первое место. Ты же профессионал, спортсмен, ты выходишь побеждать!.. А участие - это как африканцы послали своего плавать на Олимпиаде, так он чуть не утонул, или кенийцы лыжника в Нагано заявили!

МЕРТВОМУ ПРИПАРКА
Хоккейная бронза в Солт-Лейк-Сити - случайность или закономерность?
Закономерность? Я бы не сказал... Мы просто перегорели после игры с чехами. Такой был настрой, после Нагано-то! Подоплека сумасшедшая. Мы просмотрели кучу видеоматериалов перед матчем с чехами и на командном собрании настраивались сумасшедшим образом. Когда дали слово ифокам, Коля Хабибуллин сказал: «Да я их хоть сейчас готов разорвать!» Это было за ночь до игры. Мы потом не раз просматривали запись того матча. Из-за волнения столько ошибок наделали! С самого начала! Чехи должны были просто нас похоронить!.. Из-за наших же детских ошибок. Но благодаря дикому настрою мы их обыграли. И все. Прошла игра, выплеснули эмоции. К матчу с американцами были настолько пустыми, что оклемались только к третьему периоду. Не потому, что не хотели... (Пауза.) Для нас игра с чехами была равносильна финалу. Это была вроде как месть за Нагано. Когда выиграли обнимались, праздновали, какие-то карточки нам раздали с маленькими золотыми слитками - ценный приз... Всем казалось, что это - победа на Олимпийских играх, настолько радость была велика. В игре против американцев мы сделали все возможное, не хватило лишь эмоций. Два периода просто провалили, а когда жареный петух в одно место клюнул - полетели, и не хватило-то чуть- чуть... Серега Самсонов шайбу, помню, перед воротами прокатил, забей он этот гол, счет был бы разгромный. (Пауза.) Было и горько, и больно, и слезы шли, и все остальное...
Неужели плакали?
А как же?! Мы же тоже люди! Вы  думаете что - мы не хотели выиграть?! Для большинства из нас это было делом чести, просто многие стесняются выражать свои эмоции на людях, но кто знает, что творится в душе игрока? А родственники, а друзья? Телефоны просто разрывались!..
Поддерживали?
Да чего только не было! Ой, вплоть до того, что продали игру американцам! А кому-то что-то доказывать - как мертвому припарка. Но с американцами та же беда случилась в финале - они бы намного сильнее сыграли, если бы не выложились против нас. Они перегорели. Видимо, для них победа над Россией была важнее всего прочего.
В России бытует мнение, что игроки, уехавшие в НХЛ, уже не русские, больше американцы...
Это такая ерунда! Сколько у нас всего пишут - тот отказался от сборной, этот отказался... Да никто бы не отказался, никогда в жизни, если бы с людьми нормально общались, нормально разговаривали! Я, например, не в одной газете читал, что меня приглашали на чемпионат мира, а я отказался. Не было такого. Со мной никто не связывался, не звонил. Я еще неделю по окончании чемпионата в НХЛ специально тренировался, ждал приглашения в сборную. И в прошлом году тоже. Да, задеты мои личные амбиции, но я понимаю: тренер взял лучших. На его взгляд. Ради бога! Но в прессе зачем так говорить, выгораживать себя? Это неправда, и это обидно.

Весь Хоккей 2003, 26-27 (092-093)


Андрей Николишин: Воркута сделала меня человеком
Андрей Николишин родом из Воркуты, где зимой полярная ночь и солнце выглядывает днем лишь на пару часиков. И морозы нешуточные. Там бы только в шахматы играть в теплых домах. А тем, кто решил заняться хоккеем памятник уже при жизни можно ставить. Николишин говорит, что как человек он состоялся именно тогда. В 20-градусный мороз сначала пару часов площадку чистишь, а потом еще столько же шайбу гоняешь. Сколько же сил надо иметь...

У нас почти все одноклассники в люди выбились, - говорит Николишин. - Есть, конечно, те, кто спился, снаркоманился. Остальные все устроились в жизни, - кто в бизнесе успешен, кто в руководители выбился... Природа, или среда обитания, как хотите, все это характер закаляет, я так считаю.
Андрей, вопрос о сегодняшнем дне. Если бы ты вел колонку в газете, то как бы охарактеризовал наш российский чемпионат?
Хорошо, что я не веду такую колонку (смеется). Чтобы писать о хоккее, нужно смотреть его постоянно, что-то анализировать. Поверьте, мне сейчас не до этого. Я просто играю в хоккей, стараюсь забивать голы, помогать партнерам, радовать зрителей. Это для меня сейчас главное.
Могу сказать, что беда нашего хоккея, - неточные передачи. Посмотрите на игры суперлиги, - больше двух передач точно отдать никто не может...

А «Трактор» - свою новую команду, как оцениваешь?
«Трактор» всегда был боевой, скоростной командой, - и в советское время и сейчас. Для него никогда не было авторитетов.
10 сезонов в НХЛ наложили свой отпечаток? Ты уже играешь в другой хоккей?
Я учился хоккею у себя на родине. Так что играю в тот хоккей, которому меня учили. Другой вопрос, что за океаном игра более продуктивная, нацеленная на конечный результат. Наш хоккей более комбинационный, более зрелищный. Возьми, к примеру, знаменитую «пятерку» Ларионова, которая блистала еще в советском чемпионате. Они приехали за океан. И что? Стали играть в американский хоккей. Скорее нет, чем да. Они играли в свой хоккей.
За твоими плечами чемпионство российского чемпионата и чемпионата мира, бронза Олимпийских игр, финал Кубка Стэнли. Такому опыту может позавидовать любой игрок «Трактора». Партнеры перенимают этот опыт, понимают тебя в игре?
Хоккей - это командная игра. Нужно время, чтобы тебя поняли, и ты понял игроков. Да, есть игроки, которые «читаю» тебя, а есть те, кто не до конца понимает. Это нормально. К примеру, делаю я передачу на «свободный лед» (зона площадки, обычно перед воротами, где нет игроков соперника, - Прим. ред). Мой партнер по звену не идет на эту передачу. Садимся на скамейку запасных. Я объясняю парню, что надо было сделать вот так-то и вот так-то. Он все понимает, и потом уже откликается на эту передачу, правильно выходит на этот «свободный лед». Так, что все приходит со временем. Каждый по-своему видит игру. Наша задача увидеть ее одинаково.  Вообще, я считаю, что те, кто играет в суперлиге, - это уже достаточно талантливые люди. Сюда попадают единицы из сотен игроков.
В каждой команде НХЛ есть своя звезда, на которую работает вся команда. А «Тракторе» есть такие звезды?
«Трактор» силен командной игрой. Если хоккеист забивает шайбу, то это, на самом деле, усилия всех игроков. Кто-то не пропустил шайбу, кто-то измотал соперника, а вышла на лед, к примеру, третья пятерка, и сделала результат, - забросили шайбу и команда выиграла...
Защитник «Трактора» Олег Пиганович, забросивший уже 13 шайб, и ставший лучшим по результативности среди защитников суперлиги, это звезда?
Тренер использует его сильные стороны, - мощный бросок, и габариты (рост 194 см - Прим ред.). Плюс работа партнеров, которые выводят его на бросок, или делают умную передачу. Хоккей, я еще раз повторю, - это командная игра.
Андрей, в одном из интервью ты говорил, что кумир детства - это Сергей Макаров, который, кстати, родом из Челябинска, и в свое время тоже играл за «Трактор». Это как-то повлияло на твой приезд в команду?
Да, Сергей Макаров, - это кумир детства. В свое время мне посчастливилось немного поиграть с ним в одной тройке. Челябинск вообще родина талантов. Спросите любого хоккеиста моего возраста, - каково было играть с челябинской командой. Очень хорошо технически подготовленные ребята, с хорошим катанием. Цепкая, мобильная команда. Все «Трактор» побаивались. В Челябинск я приехал после звонка Андрея Назарова, которого знаю уже долгие годы. Агенты созвонились между собой, уладили все вопросы по контракту. И вот я в Челябинске.

Блиц
Пельмени или суши?
Я всеяден. Все зависит от настроения. Но лучше всего - мамины домашние вареники с творогом.
Квас или кола?
Минералка.
Пиво или вино?
Вино в меру. Раньше мог и водочки выпить немного?
«Назаров»?
Нет. Кстати, я ее еще не пробовал. Надо будет попросить у Назарова (главный тренер «Трактора», выпускавший в свое время одноименную экспортную водку, - Прим. ред) на новый год пару бутылочек (смеется).
Марка авто?
У меня «Мерседес» и «БМВ». Оба джипа. Даже не знаю, какая мне боьше нравится. Обе хорошие. У меня потребительское отношение к авто. Нужно, чтобы ехала, и не ломалась.
Костюм или джинсы?
По настроению. Но больше джинсы. Ношу то, в чем мне удобно и комфортно.
Лучший отдых?
С семьей. Неважно где.
Кошка или собака?
Кошка. У меня дома персидский кот - «Василич». Друзья подарили. Они так его и назвали.
Что может вывести из себя?
Насилие над ребенком, скорее всего.


Андрей Николишин: Быстро поднимаешься - падать больно
Признаюсь, когда «Трактор» заключил контракт с Андреем Николишиным, у меня были большие сомнения относительно его состоятельности как хоккеиста. В последние два года Андрей выпал из поля зрения, почти не проходил в состав СКА. Подумалось, что Андрей Назаров, подписывая с ним контракт, берёт прежде всего опытного человека «для раздевалки». Мол, с его опытом всегда сможет подсказать, помочь, а если надо, то и прикрикнет на партнёров.

Первые же игры показали, насколько я был не прав. На сегодня Николишин занимает четвёртое место в команде по набранным очкам, хотя сыграл почти в два раза меньше матчей, чем его партнёры. Более того, он смог стать настоящим лидером команды и совершенно справедливо стал капитаном. Успехи ожившей легенды обратили на себя внимание тренеров сборной, и Андрей после многолетнего перерыва снова попал в национальную команду. Сразу после его возвращения со шведских хоккейных игр корреспондент «Вечёрки» встретился и пообщался с хоккеистом. Начало беседы повергло журналиста в лёгкий шок...

Об одном и том же спрашивают...
Ты мне скажи сначала, о чём разговор, а то, может, разговаривать не будем.
Обо всём. О сезоне, о «Тракторе», о сборной...
А, ну тогда у нас не получится с тобой разговор, потому что сезон ещё идёт, о сборной рано что-то говорить, а о «Тракторе» уже столько сказано, что...
Я понимаю, что за последние недели в различных СМИ с вами вышли семь-восемь интервью...
Дело не в этом. Просто... Ну ладно, давай. Просто меня об одном и том же спрашивают.
Я с этого и хотел начать. Наверное, вы от нас, репортёров, устали. Какие-то вопросы вам уже просто надоели?
Ну давай начнём, посмотрим, будешь ли ты оригинален.
Как вы миритесь с тем, что приходится быть PR-менеджером и себя, и команды?
Это хороший вопрос. Молодец. На самом деле, чем больше говорят и пишут о команде, тем выше её популярность. Ребята, которые играют со мной в команде, достойны большего внимания со стороны прессы, болельщиков. В силу их закомплексованности, неумения общаться о них мало кто знает. А ведь по большому счёту они всю жизнь посвящают хоккею. Болельщики, приходя на игры, видят только вершину айсберга, а та адская работа, которую приходится делать на тренировках, остаётся как бы под водой. Чем больше о команде пишут и говорят, тем больший смысл имеет занятие хоккеем для этих молодых ребят. И это, наверное, правильно, так должно быть. Чем больше я буду рассказывать, тем лучше.
Ваш нынешний тренер Андрей Назаров, если ему не нравится вопрос или он не хочет говорить на какую-то тему, может сказать: «Плохой вопрос. Давайте следующий». От вас никто никогда ничего подобного не слышал. В чём секрет, как удаётся?
Мне на самом деле, наверное, надо учиться у Назарова (смеётся) отшучиваться, переходить к другим вопросам. Нет, если серьёзно, все люди разные и у каждого свои какие-то методы... обороны от прессы. Не секрет: очень часто бывают нечистоплотные журналисты. Выдают желаемое за действительное, искажают смысл сказанного. Поэтому Назарову бывает проще отшутиться и не отвечать на вопрос, и я абсолютно в этом с ним согласен. К тому же вы от нас просите профессионализма, но и мы от вас хотим того же. Когда стоят три журналиста рядышком и по очереди задают один и тот же вопрос, то я считаю, что это уже непрофессионализм, граничащий с глупостью. Такое, к сожалению, часто встречается.

Ярлыки вешают журналисты
Поговорим о «Тракторе». До перехода сюда считалось, что вы нападающий оборонительного плана, а здесь стали забивать, отдавать передачи. Поменялась ваша игровая философия или это новые требования тренера?
Ярлыки вешают журналисты и те, кто вокруг хоккея. Сергей Мозякин забил 30 с лишним голов в чемпионате - вот это, я понимаю, результативность. А мне до него далеко. Я забил не так много, чтобы меня можно было считать бомбардиром. По поводу смены приоритетов в игре... Да нет, ничего я не менял, просто играю в тот хоккей, которому меня учили с детства. То, что я набираю очки, - это заслуга всей команды и тренера, который использует меня по назначению. Назаров помогает мне проявлять на площадке мои сильные стороны, а не слабые. В этом, наверное, и есть задача любого тренера, как я считаю. Умение раскрыть игрока с его сильных сторон, а не показать всем его слабости.
Можно ли сказать, что в вашем возвращении на высокий уровень большая роль принадлежит нынешнему тренеру?
Естественно, любой профессиональный спортсмен в командных видах спорта мечтает о доверии тренера, чтобы тот давал ему возможность играть. В хоккей играют не по одному, всей командой. Если у тебя идёт игра, а у партнёров нет, то ничего не получится. Это же не теннис. Тут нужно, чтобы все шестерёнки работали.
Как у вас получилось так гармонично вписаться в состав? Ваши впечатления от первого прихода в раздевалку «Трактора».
На самом деле ничего особенного. Команду я сменил не в первый раз. Поначалу просто присматривался к ребятам, они ко мне. При этом прекрасно понимал, что я человек уже не новый в хоккее, с именем, с опытом, и они на меня смотрят как на ориентир. Пытался найти со всеми общий язык, разговаривал. Доказывал свою состоятельность не словами в раздевалке, а делами на льду. Поэтому, наверное, и получается всё довольно-таки неплохо.
На ваш намётанный взгляд, в «Тракторе» сейчас есть игроки уровня сборной или те, кто может в ближайшее время на него выйти?
Те, кто может выйти, - несомненно. У нас есть игроки уровня молодёжной сборной. Не забывайте, что 80 процентов хоккеистов команды играют всего второй год в суперлиге. Вы хотите, чтобы они тут же чемпионами стали? Быстро поднимаешься - падать больно. Выходить на уровень первой сборной очень сложно. В будущем всё может быть. Те же Новосельцев, Набоков имеют опыт игры за национальную сборную. Пускай у них сейчас не лучший период в карьере, но тем не менее... Не за горами вызовы в сборную для Пигановича, Войнова, Дадонова. Тот же Касянчук за сборную Украины играет. Пускай это не Канада, не Финляндия, но это национальная сборная. Он выступает на международной арене, а это большой опыт.


Сезон заканчивается, контракт тоже
В бытовом плане вам комфортно в Челябинске?
Всё отлично. Квартиру снял, льда навалом, кормят хорошо. Единственное - семья у меня живёт в Москве. Редко видимся, и я очень скучаю.
Перевезти сюда не хотите?
После паузы.) Сезон скоро заканчивается, и вместе с ним заканчивается контракт... А дальше пока ничего не известно.
Понятно, что у вас немного свободного времени. Как предпочитаете его проводить?
Если есть возможность, стараюсь проводить со своими детьми. К сожалению, в Челябинске это невозможно. Ещё люблю ходить в кино. Если честно, то ни на что другое времени и не остаётся. 
Назаров однажды пошутил, что Денис Баев (защитник «Трактора») в свободное от хоккея время читает философские труды Платона и Ницше...
(Перебивает.) Почему же пошутил? Вы думаете, хоккеисты не могут читать философские книги?
Мы спрашивали у Баева, и он сказал, что Платона и Ницше не читает, а предпочитает более лёгкую литературу...
Денис очень интересный в плане общения человек, и я бы не удивился, если бы он читал подобные книги. Хочешь знать, читаю ли я? Да, читаю. Что читаю? Наверное, об этом промолчу.
29 февраля 2008

Андрей Николишин: Если я не останусь в «Тракторе», «Трактор» останется со мной

Время от времени по ходу сезона было видно, насколько сильно ты уставал после очередной тренировки или официальной игры. Где удавалось находить новые силы, чтобы продолжать?
Это в основном была эмоциональная усталость. Конечно, нельзя сказать, что физические силы бесконечны. Но все-таки, когда профессиональный хоккеист играет сезон, он к нему готовится. Если подготовится грамотно - то сил хватает на весь долгий сезон. Не на одну, не на две игры. Всегда готовишься так, чтобы сил хватило вплоть до мая. Я же летом 2007-го готовился в Санкт-Петербурге очень серьезно. Что касается эмоций - то каждая игра, конечно, выматывала очень сильно. Откуда я брал новые эмоции? Из каких-то внутренних резервов. Кроме того, позитивных эмоций добавлял каждый наш следующий выигрыш. Как говорится, слаще победы может быть только новая победа.
Какие вообще возможности Челябинск дает в плане восстановления после серьезных физических нагрузок?
Челябинск имеет достаточно возможностей для восстановления. Но для начала нужно сказать, что каждый хоккеист восстанавливается по-своему. Если брать меня - то свои физические кондиции я в первую очередь восстанавливал, обогащая организм кислородом. Для этого нужно много гулять. Кроме того, я привык восстанавливаться в тренировках. После игр я стараюсь крутить велосипед, делать разные другие упражнения. И наконец, еще один этап восстановления - медицинский: витамины, массаж, капельницы - все это легально и никто этого не собирается скрывать.
В плане отдыха Челябинск, думается, не уступит даже Москве. Ты большой любитель кино. Причем новинок. Ты тратил на это очень много своего свободного времени в Челябинске. Что успел посмотреть? Что произвело на тебя самое сильное впечатление?
Я посмотрел практически все новинки, которые появились в прокате за последние месяцы. Все-таки вечером время было, а я, действительно, очень люблю кино. Причем, я ходил в кино не только в Челябинске, но и на выезде. Из всего увиденного мне больше всего понравился фильм «12». Больше всего не понравился - «Самый лучший фильм».
Новый город, новый клуб - это так или иначе новые знакомства. К тому же ты - очень общительный человек. Удалось найти в Челябинске новых друзей?
Я очень трепетно отношусь к слову «друзья». Я из тех людей, кто считает, что настоящих друзей много не бывает. Новые знакомства, новые товарищи, конечно, появились. Было вообще много людей, с которыми я пересекался и после хоккея, людей, не связанных с моей профессиональной деятельностью. Скучно мне в Челябинске не было.
Практически каждое утро ты заходил в пресс-центр «Трактора» - узнать свежие новости NHL на официальном сайте Лиги. Настолько сильно скучаешь по той, заокеанской жизни?
Да, есть такое. Скучаю и очень сильно. Я считаю, что лучшую часть карьеры провел именно в NHL. Там у меня осталось очень много друзей и просто знакомых. Много друзей до сих пор там еще играют. Не стоит скрывать, что это лучшая, сильнейшая Лига в мире. А как известно, учиться нужно всегда у лучших. И я поэтому постоянно слежу за новостями из-за океана, за результатами и всем остальным. Слежу за новшествами и нововведениями.
За время, проведенное в Челябинске, ты раздал не меньше ста интервью. Не устал от столь пристального внимания СМИ?
Нет, не устал. Я играл в NHL, а там интервью - часть работы хоккеиста. Я привык к этому. И считаю, что отказывать в интервью - неправильно. Но конечно, бывают и минуты, когда ты находишься в таком душевном состоянии, что не хочется общаться вообще ни с кем, а не только с тем или иным журналистом. Просто ты понимаешь, что не сможешь объективно разговаривать с человеком. Иногда приходится извиняться и переносить интервью на другой день или час. Ну и конечно, бывают нечистоплотные журналисты, или просто не очень грамотные. С такими я тоже стараюсь не общаться.


Какое событие из челябинского этапа твоей карьеры оказалось для тебя наиболее удивительным: вызов в сборную, 32 очка в 32 матчах регулярного чемпионата, битва в Казани, или что-то другое?
Для меня всегда на первом месте стояли командные успехи. То, что с моим приходом команда стала играть в более содержательный хоккей, набирать больше очков, собирать больше зрителей на трибунах, естественно, для меня очень и очень приятно. Но не стоит забывать и о том, что и до моего прихода «Трактор» проделал огромный объем работы. Пусть я пришел немного позже, но я был частью этого коллектива. И мне было очень приятно, как пишут и как говорят о команде. Для меня вот это самое важное. Это и есть то, ради чего и должны люди играть в хоккей.
Ты всегда на виду, очень открытый для общения человек. Неужели у тебя не бывает моментов, когда ты хочешь побыть совсем один?
Такие моменты бывают очень часто. Очень часто мне бывает жизненно необходимо побыть одному, проанализировать те или иные события, которые случились в моей жизни. Это помогает собраться с мыслями. Это - другая половина моей жизни, и честно говоря, я не слишком люблю о ней распространяться. А для чего? Меня знают, как открытого и коммуникабельного человека - и слава богу.
Когда ты пришел в «Трактор», то сразу очень органично влился в коллектив. Как будто ты играл в этой команде несколько лет и просто вернулся из отпуска. И за то время, что ты провел в «Тракторе», не удается припомнить ни одной конфликтной ситуации с твоим участием. Ты настолько бесконфликтный человек? Неужели не было ничего подобного и в других твоих клубах?
У меня есть такая черта характера - умение радоваться за партнеров по команде, за окружающих меня людей, радоваться их успехам. Для меня все равно, кто забьет гол или отдаст хорошую передачу. Я считаю, что я открытый человек. То, что есть - про то я и говорю. Я не держу какую-то информацию в себе, не говорю о людях за глаза. Это мне, наверное, и помогает избегать конфликтов. Хотя я их и не стараюсь избегать... А они бывают в любых коллективах. Случаются и со мной. Лично я, например, не люблю глупых людей. И людей безразличных. Вот с такими я конфликтовал, и буду конфликтовать всегда.
Вот это качество - радоваться за успехи партнеров, оно пришло к тебе сразу в «Динамо», или было приобретено с опытом?
Это качество я обрел задолго до «Динамо». В детстве. У нас был в Воркуте очень дружный двор. И вот, в одной игре, я повздорил с пацаном намного старше меня. Он меня разумеется поколотил. Я побежал жаловаться его маме. Его, конечно, наказали. Но потом он и его приятели устроили мне «темную». Они мне сказали: «Если ты вытерпишь, то останешься с нами». Уже тогда у меня появилось чувство коллективизма. Уже тогда я понял, что коллектив - это сила. Понял, что одному всегда и намного сложнее.
У нас был очень дружный двор. Мы друг за друга переживали, страдали, радовались, дрались. Это был такой настоящий дворовый коллективизм.
***
Что дальше? Остаешься ли ты в «Тракторе»? Думаю, выражу мнение всех поклонников «Трактора»: этого нам всем в Челябинске очень бы хотелось...
Пока все писано вилами на воде. Да, Челябинск сделал мне предложение. Но это процесс переговоров. Процесс урегулирование каких-то отношений. О чем-то конкретно говорить еще рано. Кроме того, до сих пор еще нет четкого понимания, что на следующий год будет с лигой, и с российских хоккеем вообще. Нет ясности с форматом турнира. Когда все это «устаканится», вот тогда игроки и будут принимать решения.
А если все-таки судьба распорядится по-другому и твоим следующим клубом будет не «Трактор», что останется в твоем сердце, в твоей душе от пяти месяцев игры и жизни в Челябинске?
Челябинск - для меня с детства был меккой хоккейных талантов. Еще когда я играл в Воркуте, мы смотрели - в силу чего - непонятно - но мы смотрели тогда не на «Динамо» или «Спартак», не на Москву, а на Челябинск. Уже тогда слава о челябинском хоккее была всеобъемлющей. Даже когда я приехал в Москву и играл за юношеские команды, Челябинск нас практически всегда обыгрывал. И потом, когда я уже начал играть за основу «Динамо» игры с «Трактором», были для нас всегда очень и очень напряженными. В Челябинске всегда была и остается отличная школа хоккея - здесь прекрасно ставят катание, владение клюшкой, многие другие компоненты. Мне она всегда нравилась.
И вот когда меня сюда меня позвали, я испытал не то, что страх...
Волнение?
Да, именно волнение. Я ехал играть в город своих кумиров. Хотя я ехал сюда, конечно, уже вполне статусным игроком. Человеком, который кое-чего добился в карьеру, играл во многих сильных клубах. Несмотря на все это я волновался. Переживал, как меня примут челябинские болельщики, как меня примет вся система челябинского хоккея. Что я могу им показать. Мне хотелось, чтобы мои умения пригодились команде, помогли ей.
Поэтому если вдруг не получится остаться здесь, если я все же уеду в другой клуб, то со мной от Челябинска и «Трактора» останется все самое положительное, самое радостное. Город, команда, болельщики, отношения...
27 марта 2008


Андрей НИКОЛИШИН: «Мечтаю выиграть Олимпийские Игры!»
Андрей Николишин - один из самый известных и харизматичных российских хоккеистов. Чемпион мира, призер Олимпийских Игр, финалист Кубка Стэнли и настоящий капитан «Трактора». Андрей Николишин в рубрике «Крупный план» на Allhockey.Ru.

Вы родом из Воркуты. Можете рассказать про свой родной город?
Ну тогда мы закончим очень и очень небыстро. Я могу много и долго о ней рассказывать. Знаешь, как про Воркуту говорят? «Столица мира» - так называют свой город воркутинцы. Основана в 1943 году. Там нашли уголь, и город возводили заключенные, репрессированные, немцы. И одним из строителей города был мой отец, которому дали 25 лет лагерей. Заполярный город, забытый Богом уголок, воспетый во всех бардовских блатных песнях.
Еще город славится своими холодами?
Я помню, как катался на улице в 50-градусный мороз. Не знаю, кто может таким похвастаться. А я вот могу.
Помните, когда впервые стали на коньки?
Конечно, помню, прекрасно помню. Это еще и не так давно было, в хоккей я пришел в 12 лет. У нас просто и играть особо больше не во что - только хоккей и футбол на снегу. Хотя я утрирую, в Воркуте очень хорошая школа волейбола, я им долго занимался. Но тогда во дворец пионеров пришел тренер-энтузиаст, собрал команду мальчишек и стал обучать хоккею. Я стал заниматься, понравилось.
Почему в итоге победил хоккей, а не волейбол?
Выбор стоял между двумя видами спорта. Даже не знаю почему, но хоккей перевесил... Скорее всего, из-за тренера, которому я благодарен по сей день за все то, что он для меня сделал. До сих пор созваниваемся с ним, общаемся, дружим.
Так расскажите о своем первом тренере.
Богатырев Виктор Васильевич. Сейчас работает главным тренером ХК «Белгород». Ему как раз на днях исполнилось 48 лет. Тренером он стал молодым пацаном в 22 года, институт еще не закончил. Родом из Воркуты, сам играл, подавал большие надежды, приехал в киевский «Сокол», но получил серьезную травму спины и пришлось завершить карьеру игрока. Вот он пошел по тренерскому пути и преуспел в этом. А сейчас я понимаю, что такое в 22 года тренировать детей на сорокаградусном морозе. Вместе с нами приходил, чистил коробку, заливал лед.
И каково было возвращаться домой после тренировок зимой, в мороз?
Нормально. Для детей Севера это в порядке вещей. Сейчас смотришь как на что-то сверхъестественное, а тогда мы об этом даже не задумались. Тренировки были в шесть утра. Приходили по два часа чистили лед, заливали. На десять минут выбегали кататься и потом бегом в раздевалку греться. Самое главное, тогда было большое желание.
Вы рассказывали о том, как шли на тренировку, а вас забрали в милицию.
Как раз в шесть утра была тренировка. Если были на Сервере, вы знаете, что такое полярная ночь. Это полгода тьмы. А в шесть часов утра - глаза выколи. Конечно, если идет мальчишка с тремя сумками - то какие могут быть мысли у милиционеров? Вот меня и забрали.
Давно уже не были дома?
21 год назад из Воркуты уехал. Все поменялось. Уже нет таких морозов, оттепель идет. Но все равно холодно. У меня там остались друзья, по мере возможности приезжаю, но не всегда получается. Должен был в декабрьский перерыв поехать, потому что там ежегодно проводится детский турнир моего имени. Но в связи с кризисом его перенесли на весну.
То, что хоккей может стать вашей будущей профессией, даже не думали?
Да вы что! В Советском Союзе не было такой профессии - хоккеист. Были только «звезды» Харламов, Петров, Михайлов, Крутов, Ларионов, Макаров. Раньше по Первому каналу хоккейный трансляции были самыми популярными передачами. Поэтому все знали, все любили этих «звезд» и мечтали быть на них похожими.
И Вы тоже?
Я не исключение, как обычный мальчишка.
А кто из «звезд» симпатизировал больше всего?
Мне очень нравился Сергей Макаров. И посчастливилось узнать его, даже играть с ним в одной тройке. В прошлом году я был приглашен на празднование его 50-летия, только попасть не получилось. Мы с Сергеем Михайловичем в очень хороших, добрых отношениях и рады встречи друг с другом.


Как Вы попали в Москву, в «Динамо»?
Мы играли по «Золотой шайбе» на зональных соревнованиях в Пензе и представителем от ЦК ВЛКСМ, под их эгидой проходили соревнования, был Александр Иванович Мальцев. Он был тогда на турнире. Мы выиграли этот турнир, я стал лучшим нападающим и бомбардиром. И Мальцев пригласил меня в московское «Динамо».
И без раздумий согласились?
Что значит «без раздумий»? Для провинциального мальчишки приглашение из дворового хоккея, из «Золотой шайбы» в московское «Динамо» даже не знаю с чем сравнимо! С получением Нобелевской премии, наверное. Даже разговора о том, чтобы поехать или не поехать, не было.
Трудно было первое время в Москве?
Да, конечно. Если бы мне было двадцать лет, и я был состоявшимся человеком - было бы легче. А мне 14 лет, я еще пацан. Школа, родные и близкие, друзья - все остались в Воркуте. Уже надо жить, работать и добиваться своей цели. Но таких как я было много. Каспарайтис, Бульин, Ковалев - мы все жили в одном общежитии. Общались, взрослели и шли дальше к своей цели. Мы все были одержимы одной целью.
Вы все еще дружите?
Дружбой это не назвать. Но встречаемся, общаемся, разговариваем. И очень уважительно друг к другу относимся, потому что мы знаем, откуда вышли, чего хлебнули, чего достигли.
Андрей Назаров часто вспоминает «Динамо» начало 90-х годов как самую лучшую команду в его жизни.
Все правильно. Это действительно был коллектив единомышленников. Как бы вам объяснить... Мы были одержимы одной целью. Все одного возраста. Нас это сплачивало. И на моей памяти больше такой команды и не было.
Говорят, вы практически не получали денег?
Почему практически? Мы их вообще не получали. Играли за идею, за имя, за свое будущее. Но тогда мы этого еще не понимали. Получали удовольствие, кайф от того, что мы играем в хоккей, играем в «Динамо». Мы в то время о деньгах и не думали.
Какие воспоминания остались от работы с Петром Ильичом Воробьевым?
Он меня в свое время взял на молодежный чемпионат мира, многое дал в плане хоккея. Хотя Воробьев сегодняшний и нынешний - это две большие разницы. Людям свойственно меняться.
Вообще девяностые годы какими остались в памяти?
Шальные годы. Тогда рушился СССР и создавалась Россия. Бандитизм и прочие и прочие. «Динамо» - единственный клуб, который выжил в те времена и остался на хорошем счету. Из «Динамо» в то время каждый год уезжали по пятнадцать человек, но, тем не менее, команда оставалась флагманом российского хоккея... Денег не было - однозначно. И неоткуда их было брать - во всей стране денег не было. По карточкам жили.
А хоккеисты?
Процентов 80 команды калымили, извозом занимались, брались за любую работу. Кормить надо было и себя и семью.
И Вы тоже?
И я. Тоже калымил на машине. Хотя со временем в хоккей стала приходить стабильность. У нас коммерческим директором был Валерий Павлинович Шанцев, сейчас губернатор Нижегородской области. С его приходом у нас в клубе более-менее появились, скажем так, социальные блага. Нам стали выдавать квартиры, можно было получить машины. Пусть и не было сумасшедших денег. Почему в «Динамо» играли? Не для кого ни секрет - армия. «Динамо» привлекало своими социальными благами. В основном, конечно, армией. Все мы служили - я, Назаров, Каспарайтис. В части были.
Потом Вы уехали за океан?
В 1994 году. Поставили на драфт. Нас всех тогда поставили: Назарова, Яшина, Гончара, Бульина, Жамнова, Карповцева, Якубова, Шталенкова и других. И многие уехали. Мне предложили контракт, договорились - и ударили по рукам. «Динамо» получило за меня компенсацию. За счет чего команда еще существовала: каждый год за границу уезжали по 10-15 человек, и клуб получал за них компенсацию. На нее и жили те ребята, которые оставались в России.
Вы лично, за чем ехали в НХЛ?
За игрой. Конечно, за игрой. Причем всегда. Я в Челябинск приехал из-за игры.
Не боялись переезда за границу? В другую страну, лигу.
На тот момент Фетисов, Ларионов, Макаров, Сашка Могильный уже проложили тропу. У нас уже была информация, мы знали, что и как, что такое НХЛ. А поехать туда - поехать в хоккейную Мекку. Если ты хочешь играть на самом высоком уровне, то надо туда стремится. А бытовые проблемы... они у всех всегда есть и будут.
Каково было первое время в Америке? Язык, быт... совершенно другая страна. Тяжело?
Даже не обсуждается - было все ново. Родился ребенок и познает мир - тоже самое. У нас ничего даже близко похожего нет.
И что Вас так там удивило?
Шокировала свобода. То есть каждый делает то, что хочет. Человек свободен в своих решениях, своих действиях, в мировоззрении. А здесь все делалось за нас - начиная от жилищно-бытовых проблем, заканчивая тренировочным процессом. Здесь мы живем на сборах, на базах, с тренером, с методистом. А там ты полностью представлен сам себе. Это и есть профессионализм: ты должен уметь вовремя лечь спать, правильно питаться, готовить и тренировать себя и многое другое. Есть два часа тренировки, которые должен выдавать на-гора, а остальное время предназначен сам себе.
Какое главное отличие России от Америки?
Там свободная страна. Ты предоставлен сам себе. А здесь за тебя кто-то постоянно решает. Американцы свободные люди, они мыслят свободно. Кто, что хочет, тот так и думает, говорит, делает. У нас стадный менталитет. Один сказал, все поддержали. Партия сказала: «Надо», все ответили: «Есть!».

Андрей Назаров в своих интервью называет НХЛ «джунгли». Так и есть?
Ты приехал туда занимать чье-то место, а на это место претендуют пятьсот человек. И ты должен доказать всем, что ты лучший. НХЛ - джунгли. Он совершенно прав.
И вы столкнулись с этими «джунглями»?
Естественно. Как и любой другой хоккеист. Понятно, если тебя выбрали, значит, ты чего-то уже стоишь. Раз тебе дали шанс, значит, на тебя рассчитывают. Нужно было выходить и биться.
И какие впечатления остались от одиннадцати лет в НХЛ?
Самые положительные. Прошел огромную школу хоккея, школу побед, выживания.
И как это играть перед двадцатью тысячами зрителей?
Эти двадцать тысяч еще и чем-то машут, кричат, скандирую, свистят. Непередаваемо. Надо быть там. Хотя я скажу, наши болельщики тоже не тихие, но здесь три с половиной, а там двадцать. Почувствуйте разницу.
В Канаде особое отношение к хоккею?
Канада, конечно, неподражаема в плане хоккея. Как болеют в Канаде - не болеют нигде. Я только туда приехал, никому не знакомый мальчишка, иду по Монреалю, ко мне подходят люди и просят автограф. Ты еще не приехал, а они уже знают, где ты будешь. Хоккеист после игры, тренировки домой доехать не может. У него около двери по двадцать человек стоят, только чтобы увидеть его. Люди бредят хоккеем. Канада - это нечто. Безумные почести хоккею.
***
Так в Челябинск Вы приехали за игрой?
Кто-то едет за деньгами, кто за славой или чем-то другим. У меня все это есть, и я хочу получать удовольствие от хоккея. Получать удовольствие, выигрывать, реализоваться, помочь кому-то реализовать себя. Помочь тому же Назарову как тренеру. Он мне помогает, я ему. К тому же Челябинск для меня, как и для всего российского и мирового хоккея, является кузницей талантов. Мне было интересно поиграть здесь. И если у меня что-то получается, то я очень рад.
Вы заключили с «Трактором» контракт еще на два года. Понравился город, команда?
У меня контракт на этот год и на следующий. А дальше видно будет. Не хочется загадывать. Есть сегодняшний день - им мы и живем. Здесь меня все устраивает, все нравится. Мне нужна эта команда, и я чувствую, что я ей нужен. Так что - это взаимно.
Теперь к Вам в Челябинске присоединилась семья.
Другого варианта быть не может - где я, там и семья. В прошлом году я приехал сюда всего на три месяца и не было смысла сдергивать детей посреди учебного года. А теперь они здесь с сентября в школе - и в обычной и в хоккейной. Такова жизнь хоккеиста, в чем-то кочевая. В свое время поехали в Америку, там по городам ездили. Но мы всегда вместе.
Можете назвать какие-то лучшие, самые запоминающиеся матчи в карьере?
Они еще впереди.
Чтобы Вы еще хотели выиграть в хоккее, чего достичь?
Все, что только можно на свете хочу выиграть! Начиная от завтрашней игры, кончая Олимпийскими играми. Все хочу выиграть.
Если бы стали не хоккеистом, тогда кем?
Космонавтом. Любой мальчишка мечтал стать космонавтом, и я не исключение. И, может быть, сейчас кружил бы где-нибудь на орбите.
А тренером себя видите?
Я пробовал тренировать детей, лагеря устраивал. Мне интересно. Но сейчас сложно об этом говорить. А там посмотрим.
Чем вы предпочитаете заниматься в свободное от хоккея время?
Я очень люблю заниматься с детьми. Всем, чем угодно, начиная от снежков.
Вы же на пианино учитесь играть? Как успехи?
Учусь. Могу «Мурку» сбацать. Вот (показывает на перебинтованную руку) - все мои успехи. Не до пианино сейчас. График игр очень тяжелый, просто чисто физически ничем больше не успеваешь заниматься. Станет немного посвободнее - продолжим занятия.
Есть мечты, которые бы очень хотелось воплотить?
Есть мечты и желания, и я думаю, они осуществиться. Мечты... их столько! Дай бог, жизни хватило, чтобы все исполнить. И будем их обязательно воплощать в реальность!
16 января 2009


Андрей Николишин. Матрешка для Клинтона
Когда уже все махнули рукой на перспективы «Трактора», Андрей Николишин твердил в каждом интервью: «Мы будем бороться до последнего, мы прорвемся…»
Пусть не прорвались - но боролись. Равняясь на харизматичного Николишина. Это его челябинские фанаты дожидаются на студеном ветру по полтора часа, чтобы сфотографироваться и вручить аршинный транспарант: «С возвращением, Батя!» Андрей, вернувшийся в «Трактор» в середине сезона, тронут вниманием до влажных глаз. Прячет транспарант бережно за пазуху, словно знамя.

Такие они - динамовцы начала 90-х.

В марте Николишину - 38.
Недавно наткнулись в интернете на вашу фотографию. Сбросили пиджак перед толпой - а на спине у вас выколот медведь с клюшкой, символ «Трактора»…
Да, было такое. Это я выступил на Дне города, когда первый раз вернулся в Челябинск. Сентябрь, выходной, настроение отличное. Человек двенадцать из команды пришли на главную площадь и вместе с моделями участвовали в показе. Ходили по подиуму. Меня попросили выйти в конце в пиджаке на голое тело. А на спине нарисовали эмблему «Трактора» - причем медвежий язык выложили кристаллами Svarovsky.
Народ оценил?
Народ рыдал!
***
Дарюс Каспарайтис нам рассказывал - вас и в юности было легко подписать на любую авантюру.
Точно.
И однажды вы вдвоем сбежали с динамовского сбора в Ригу.
В Ригу Каспарайтис сорвался не со мной, а с Серегой Петренко. А как в Литву уехал, Каспарайтис вам не рассказывал? Тогда расскажу я. Мы все одновременно оказались в московском «Динамо», 1987 год. Дарюс едва-едва говорил по-русски, ну совсем плохо. Однажды пошел на футбол «Спартак» - «Жальгирис». Там милиция на него взглянула - и определила в фанатский сектор. Матч закончился - и всех фанатов под конвоем на вокзал, Дарюса тоже. Ни вырваться, ни объясниться не может. Там запихнули в вагон с остальными - и вперед, в Литву. На следующее утро у нас тренировка - Каспарайтиса нет. Бросились искать, а Ганс в это время как раз подъезжал к Вильнюсу.
Гансом вы его прозвали?
Нет. У него были разные прозвища - Ганс, Дурдис…
Веселые были времена. Несколько динамовцев сбрасывались на древний «форд», чтоб ездить на тренировки.
Да, Мишка Здановский это затеял. «Форд» стоил 700 долларов, денег на него не хватило. Так и не купили. Ребята были замечательные, из нашей команды человек по десять каждый год отбывали в Америку. А команда все равно оставалась в лидерах. Это благодаря Юрзинову - тот с 1989-го занимался не только первой командой, но и фарм-клубом, школой…
Юрзинов умел быть жестким?
Конечно. Но он любил игроков, относился по-отцовски. Очень отходчивый. В его злости никогда не было ультиматумов. Многим из того «Динамо» уже под сорок, а они все играют.
Щадил молодых?
Штангой или «баллонами» не перегружал. Рядом с молодыми всегда был доктор. Хотя сейчас вспоминаю - нагрузки-то колоссальные. Но подавалось всякий раз по-новому, перегрузок мы не замечали. Часто к нам на стажировку заглядывали какие-то чехи, финны. Даже Бэрри Смит приезжал на базу «Динамо».
Надо же.
Сидел на наших семинарах, записывал. Я его помню совсем молодым. Юрзинов приглашал всех, кого мог. Например, тренеров по шорт-треку. Экспериментировал постоянно. А на ком испытывать? На молодежи. Мы были подопытные кролики - но любимые.
Помните динамовскую зарплату, с которой в 94-м отправлялись в НХЛ?
Уже нет. Зато отлично помню, что в тот год в клубе были бесконечные задержки зарплаты, и вечерами после тренировок игроки «бомбили» на машинах. Я в том числе.
На чем тогда ездили?
На «шестерке».
Вы, кстати, были в динамовском автобусе, который свалился в кювет по пути в Воскресенск?
Обошлось. Это уже декабрь 1995-го. Тренировал «Динамо» Голубович. Он освободил от игры с «Химиком» тех, кто вернулся в команду на время локаута, - Королева, Карповцева и меня. Мы потренировались на базе да разбрелись по домам. А потом узнали, что автобус перевернулся. Слава богу, серьезно никто не пострадал. Но у меня и без того на дороге приключений было столько! Как-то за год в семь аварий попал!
По вам не скажешь.
Шесть - мелких, а вот одна едва не привела к печальным последствиям. Машина так вовсе под списание ушла.
Та самая «шестерка»?
«Семерка». Я всегда классику предпочитал. В аварии вина моя. Около метро «Планерная» выезжал с заправки, разворачивался - и не заметил машину. Спасла реакция водителя. Вывернув руль в последнюю секунду, он чудом избежал столкновения лоб в лоб. Врезался в меня боком. И он, и ребенок, который спал на заднем сиденье, остались живы. Я тоже легко отделался.


На этом неприятности за рулем закончились?
В 2006-м конфликт с гаишником обернулся для меня сломанной челюстью, а для него - условным сроком.
Ого! Как угораздило?
Пятница, вечер, тащусь с семьей по пробкам за город. Перестроился в левый ряд, вдруг останавливает гаишник. Пошел уже поток автомобилей, а впереди светофор, и я показываю рукой, мол, проеду его и прижмусь к обочине. После чего получаю удар по капоту. Дальше он бросается за мной в погоню на патрульной машине. Я притормаживаю за светофором. Человек выбегает с пистолетом наперевес, открывает дверь и бьет рукояткой в грудь. Я не сдержался, ответил.
И получили в челюсть?
Он повел себя трусливо. Мы приехали на КПП, зашли в комнату. Стою, разговариваю с другим милиционером, а этот гад подлетает и бьет исподтишка. Перелом челюсти. В Америке операцию пришлось делать. Главное, меня тут же приковали наручниками к забору за пределами КПП. А минут через 15 тот гаишник выходит и говорит: «Что ж не сказал, что ты - Николишин?»
Вы подали в суд?
Разумеется, врачи сняли все побои, началось следствие. Просить за него приезжали большие начальники. Но я из принципа пошел до конца. И на суде сразу заявил: «Материальных претензий не имею. Но человек в погонах не имеет права так себя вести». Ему дали три года. Правда, условно - суд учел, что у него двое маленьких детей.
Было у вас испытание потяжелее - когда в середине 90-х обращались за помощью в ФСБ и РУБОП.
Да, был наезд бандитов после инцидента на дороге…
Вы столкнулись с «подставой»?
Нет, авария была небольшая и, думаю, случайная. Но люди вышли, узнали кто, чего и как. Сперва одна группировка наехала, затем другая решила заступиться. Причем довольно навязчиво, дескать, мы закроем вопрос, только заплати.
Сколько?
Хотели, чтоб я купил две новые «девятки». По тем временам - примерно двадцать тысяч долларов. В итоге Стеблин (в то время президент «Динамо». - Прим. «СЭ») свел с людьми из ФСБ и РУБОП. Они проводили совместную операцию. В нашей квартире устроили засаду, а меня, беременную жену и сына вывезли на несколько дней из Москвы. Ждали, пока все утихнет.
Бандитов поймали?
За деньгами приехали двое. Одного взяли, второй сумел убежать. Его потом долго ловили, «пробили» все точки, но нашли или нет - не в курсе. О судьбе первого тоже ничего не известно.
Больше о себе не напоминали?
Нет. Хотя в Москву еще пару лет приезжал с опаской. Честно вам скажу - сейчас бы в такой ситуации очень испугался. А когда ты молодой, на многие вещи смотришь иначе. Просто не отдаешь отчета, какие могут быть последствия. Страх у меня всегда был лишь за детей.
Давали повод?
В пять лет старший, Сашка, гонял возле дома в хоккей с друзьями, и клюшкой ему разбили переносицу. Я был в поездке с командой, а Димка Миронов, пропускавший матч из-за травмы, зашел к нам в гости. Увидев окровавленное лицо сына, здоровый мужик грохнулся в обморок. У Сашки - шок, он в первые минуты не понял, в чем дело. Прибежал домой со словами: «Заклейте пластырем, и пойду играть». А его в больницу, наложили 15 внутренних швов и 9 наружных. Шрам так и остался.
* * *
У вас тоже шрам на лице. От чего?
Обычная тренировка. Какое-то упражнение, бросок, рикошет - и девять внутренних швов. Да это ерунда. Я знаю, что такое настоящие проблемы со здоровьем - а на мелочи внимания не обращаю.
Что такое «настоящие проблемы»?
В 16 лет мне сказали: «Завязывай с хоккеем». То с качелей упал, то в борт ударился - получил грыжу межпозвоночных дисков. Меня парализовывало на 5 - 10 минут, вообще не мог двинуться. Представляете? Юрзинов посылал к специалистам, в Харьков, помню, ездил к какому-то светиле…
Помог?
Помогло, что как следует закачал спину - и все выправилось. До сих пор каждый день занимаюсь. А про то, как у меня полетела крестообразная на чемпионате мира, наверняка слышали.
Когда вы приехали в сборную без страховки?
Совершенно верно.
Той же секундой дошло, какие ждут беды?
Насчет страховки дошло позже, едва завершился чемпионат мира. Вернулся в Америку - и там начал по чуть-чуть сознавать. На самом чемпионате даже выходить на лед пробовал. День спустя затейпировал ногу, вышел и понял: нереально. По прямой могу ехать, но в сторону - никак. И заказал костыли. Я много нового тогда узнал. Допустим, если вживляют связку покойника - восстанавливаешься быстрее. Но есть риск отторжения. Это три месяца реабилитации. А если свою связку подшивать, то восемь месяцев…
Неприятно.
Неприятно, что из-за этого Олимпиаду в Нагано пропустил.
Да и в Америке контракт получили совсем не тот, что могли.
Потерял в деньгах раза в три.
Недавние полгода без большого хоккея - снова тяжелое время?
Так это не первый период такой в карьере - и прежде, случалось, сидел в ожидании приглашений. Уже привычно. Правда, ждать в 25 лет и в 37 - разные вещи. Можно и не дождаться. Поэтому немного напрягало.
Хоть уверенности вы не растеряли?
Знал - рано или поздно с кем-то контракт подпишу.
Умные люди в Москве нам говорили в тот момент: «главная проблема Николишина - он всю жизнь играл за большие деньги. Трудно перестроиться».
Люди в самом деле так думают?!
Точно вам говорим.
Ребята! Я не буду разглашать сумму своего нынешнего контракта, но многие удивились бы, узнав цифры…
Небольшой?
А у меня сроду не было больших контрактов. Мне ни за один не стыдно - я все отработал. Хотя и не был олимпийским чемпионом или обладателем Кубка Стэнли.
Еще осенью вы катались в ночной лиге. Как строился день хоккеиста, дожидающегося приглашений?
Вставал в полседьмого утра, за полчаса собирался и вез сыновей в школу. Живем мы за городом, 30 километров по Киевскому шоссе. Ходил на тренировку со старшим сыном. Занимался бизнесом. Вечерами тренировался сразу с двумя любительскими командами. В воскресенье играл за коллектив под названием «Кабанчики»…


Это поворот.
Играли «Кабанчики» по всем правилам - три периода по двадцать минут. Полный контакт, щелчки - все разрешается.
Включая драки?
Конечно. А как же?
Равиль Якубов, закончив с хоккеем, открыл бензоколонку. Говорил в интервью: «А без хоккея-то жить, оказывается, интереснее». У вас таких открытий не было?
Только Равиль открыл не бензоколонку, а газовую. Я себя вне хоккея ущербным не чувствовал! У меня была куча вариантов!
И какие?
Звали на телевидение. Я и комментировал пару раз - московское «Динамо» против рижского, и матч ЦСКА с нижегородским «Торпедо». Прикольно. Еще в политику пытались затащить - сейчас вполне мог бы быть депутатом. Но решил, что каждый должен заниматься своим делом. Я хорошо знаю хоккей - в нем и останусь. Не бросая бизнес.
Серьезный?
Все банально - сдаю несколько помещений. Еще лет шесть мне принадлежит академия красоты. Мой лучший друг там директор.
Валерий Белоусов рассказывал, как жил без хоккея. Сделал массу открытий - сколько стоит хлеб, какую покупать сметану.
У Валерия Константиновича были приятные открытия, а у меня не очень. Я вплотную столкнулся с детским хоккеем - и это колоссальное разочарование. Отношение родителей в первую очередь.
Что творят?
Особенно шокировало, что все без исключения папаши уверены: они разбираются в хоккее лучше любого тренера. Знают, как, куда и зачем ребенку бежать. Лезут с советами, напрягают не только тренеров, но и директоров школ. Подключают связи, чтобы ребенок играл в команде. Многое делается по звонку, полно блатных. Даже в сборных блатных хватает!
* * *
Хоккейные корреспонденты поражались: в 90-е, когда у каждого уехавшего в НХЛ начинался сумасшедший звездняк, Николишин оставался земным парнем. Абсолютно доступным.
Н-да? Не знаю. Скорее я всегда оставался очень русским человеком. Может, потому, что расстался с несколькими друзьями - те в Америке резко поменялись. Повторить их судьбу не хотел.
О какой потере грустили?
Потерь не было, только разочарование. А вот Каспарайтис, к примеру, такой же простой парень, каким уезжал в Штаты. При встрече с удовольствием общаемся. Недавно виделись - Дарюс чуть обрюзг, раздался…
Да, резковато он набрал вес.
Играть-то закончил. Жалко - в нашем хоккее таких мало. До сих пор перед глазами, как он Линдроса вырубил. Когда сталкивались, мы друг друга не жалели, но не помню ни единого подлого приема. К слову, Дарюс обожал разговаривать с соперниками во время игры. Проезжает мимо: «Как дела?»
Собственные силовые приемы помнятся?
Разве что один, из детства. Против Олега Белова, игравшего за ЦСКА. Дважды жестко встретил его на синей линии, долго подняться не мог. Мама Олега на меня ругалась с трибуны. Зато сам Белов не обижался.
Юшкевич нам говорил, как по незнанию полез на какого-то тафгая - и бой завершился через две секунды. У вас таких ошибок не было?
Когда мы уезжали в НХЛ, вообще имен не знали. Кто там дерется? Кто забивает? Нарваться на бойца могли легко, но это полбеды. Если боец попадется леворукий, против такого делать нечего. Огребали по полной программе.
Вы тоже?
Бог миловал. Хотя в драках участвовал.
Самая яркая?
Ух, я вам сейчас расскажу. 1994 год, первый мой сезон. Контрольная игра. Сбросили перчатки, сцепились, нанесли по паре ударов. Когда упали, я оказался сверху. Приехал на лавку - со всех сторон поздравления: «Молодец! С почином!» А самый старший игрок в команде Брэд Маккриммон по прозвищу Зверь по-отцовски хлопнул по плечу: «Когда падаешь - бей ему локтем в глаз. Чтоб больше на лед не вышел».
Запомнился и дебют за «Хартфорд» в НХЛ, играли с «Баффало». Предыстория такая - таким же матчем завершался предыдущий сезон. После игры у «Хартфорда» был разгуляй, спиртное рекой. Упились так, что тренера Пола Холмгрена месяц принудительно лечили от алкоголизма.
Начало завораживает.
И вот в Баффало Холмгрен стоит на скамейке, мимо проезжает кто-то из соперников и бросает в пространство: «Эй, алкоголик…» А Холмгрен был бойцом высшей категории. Слышит такое, дает команду «фас», и начинается что-то за гранью. Вылетает первая пятерка - драка пять на пять. Вторая - то же самое. Заканчивали игру семь человек с одной стороны и семь - с другой. Все остальные были удалены до конца игры. Загоны для штрафников полны людей. Никогда больше такого не видел.
В своей раздевалке руки бывший боец не распускал?
Мог по голове двинуть. После поражений Холмгрен бушевал - и мусорные бачки летали по раздевалке, и клюшки.
Рон Уилсон в «Вашингтоне» скучать тоже не давал.
Да уж, иногда чудил. Однажды объявил на тренировке: «Россия не поддержала атаку Америки на Ирак, поэтому Николишин и Гончар бегут два лишних круга!» В другой раз в матче с «Нью-Джерси» забавный эпизод произошел. В нашей зоне у меня выбили клюшку. Рванул к скамейке, и тут ко мне отскочила шайба. Недолго думая, схватил ее и зашвырнул в сторону ворот «Нью-Джерси». Получил две минуты штрафа, нам забили. Но «Вашингтон» все равно выиграл - 3:1. А на следующий день Уилсон выстроил команду в центре площадки. Каждому вложил в руку по шайбе: «Сейчас выясним, кто из вас ее дальше закинет…»
На нас Крис Саймон произвел огромное впечатление за два часа разговора. А вы с ним играли годы…
Шесть лет в одной тройке! Нас и в «Вашингтон» вместе поменяли, и в «Чикаго». Поражало, насколько Саймон разный в жизни и на льду. Спокойный, уравновешенный, рассудительный, на площадке он становится бешеным и непредсказуемым. Там от него любой подлости можно было ждать.
Например?
Хоть и считается, что для победы все средства хороши, я ненавижу грязный хоккей. Тычки, зацепы, удары исподтишка, симуляцию… Противно! Или был у нас боец Кевин Камински. Так он скальпелем делал зазубрины на шлеме - чтоб тафгаи при ударах оббивали руки до костей. Тоже подлость, на мой взгляд.
О чем думали, читая откровения Назарова - что в НХЛ почти все сидят на анаболиках?
Полная чепуха. Нас же неоднократно проверяли. В США больше всего стероидов в американском футболе. А в НХЛ это действительно было актуально в первой половине 90-х. Но с того дня, как энхаэловцы участвуют в Олимпиадах, введен жесткий контроль. Хоккеистам устраивала проверки и Ассоциация игроков, и Лига. Между прочим, в российском хоккее проблема фармакологии стоит в несколько раз острее, чем в Америке.

Почему?
В НХЛ врачами работают фельдшеры, которые не имеют право делать уколы. Для этого необходим дипломированный специалист. Так что там все лечение - лед да физиотерапия. А у нас чуть что - сразу колят.
Среди врачей странные люди встречались?
Был один чудо-лекарь в сборной перед чемпионатом мира-93. К счастью, надолго не задержался. Хватило того, что Сергею Шенделеву со сломанной рукой массаж прописал, втирания какие-то делал. Колотил по этой руке так, что бедный Серега выл от боли. В НХЛ над такими эскулапами шутят зло. Даже кощунственно.
Заинтриговали.
У одного из наших докторов как-то вытащили зубную щетку, поковырялись в заднице и аккуратно положили обратно в сумочку. Тот ничего не заметил.
Кто поковырялся?
Давайте без имен…
* * *
В Америке у вас что-то осталось?
Друзья. Это самое важное.
Вашингтонский дом снится?
С удовольствием его вспоминаю. Но все позади. Последний раз приезжал в Вашингтон год назад, специально отправился взглянуть издали на этот дом. Мы посадили почти сотню деревьев в садике. Интересно было - прижились?
Что увидели?
Могучие! Восьмиметровые!
Вы вспоминали прозвища Каспарайтиса и Маккриммона. У вас прозвища есть?
Все давно зовут Васильич. Что игроки, что тренеры. А фанаты - Батя.
Попробовали бы звать не по отчеству человека, который состоит в переписке с Биллом Клинтоном.
Прям уж переписка - получил от него всего одно письмо. Надо бы найти, лежит где-то дома. У Сереги Гончара есть приятель, Рон Партимор, работал в security-service. Благодаря ему мы нередко бывали в Белом доме. Куда хотели, туда и ходили - хоть в Овальный кабинет, хоть на крышу. До 11 сентября это было возможно. Перед Рождеством мои родители и Гончара отправились на такую же экскурсию. Внезапно навстречу идет Клинтон в маечке - подходит к каждому, здоровается за руку. Мой тесть и так был в прострации - а тут Клинтон ему вопрос какой-то задал.
Ответил?
Он ни слова по-английски не знал, промолчал. Клинтон подождал-подождал и пошел прочь. А у меня дома лежали какие-то матрешки, так я через Рона передал их Клинтону. Вот, говорю, вручи президенту. И скажи спасибо, что дал нам погулять по Белому дому. Вскоре мне пришло письмо от Клинтона с благодарностью, автографом…
Кого-то на приеме в Кремле сразили необыкновенные туалеты. Что вас удивило в Белом доме?
Невероятная простота. Я и представить не в силах, что могу запросто забрести в Кремль, пройти мимо кабинета президента. А в Белом доме заглянул и на кухню: ага, что здесь? Потом в комнату, где готовят букеты. Положено, чтоб каждый день стояли свежие цветы. Встал за стоечку, где президент проводит пресс-конференции. Даже не по себе было от такой свободы. Тогда и понял - в Америке возможно все.
Время спустя узнали, почему Билялетдинов в 2004-м выкинул вас, уже включенного в десятку «неприкасаемых», из состава на Кубок мира под предлогом омоложения?
Конечно. Это была не воля Билялетдинова, а указание сверху. После того как я подписал контракт с ЦСКА, а не с «Динамо». С той поры меня и отцепляли от сборной.
Переживали?
Я много потерял и в спортивном плане, и в финансовом. Но главное - совесть чиста, мне никому не стыдно смотреть в глаза. А люди, которые так поступали… Бог им судья.
Какие слова тренера не забудете никогда?
Тут вне конкуренции Воробьев. Уникальная личность. В «Ладе» я провел всего два месяца. Расстался с клубом после того, как Петр Ильич, увидев меня, бросил на ходу: «Андрей, знаешь, в чем твоя вина?» - «В чем?» - «В том, что ты есть». Развернулся и ушел, ничего не объясняя.
Неужели никаких версий?
Зная Петра Ильича, могу предположить, что вся эта история случилась не по игровым причинам. А возвращаясь к предыдущему вопросу… Еще Тихонов на Олимпиаде-94 в Лиллехаммере потряс.

Чем?
У него, наверное, со здоровьем тогда проблемы были. В общем, перед игрой с немцами сидим на установке, ждем Виктора Васильевича, который опаздывает минут на десять. Наконец приходит - заспанный, в чепчике - и толкает речь на полчаса. Завершает ее фразой: «Ну что, ребята, обыграем сегодня французов?» Сидящий рядом Юрзинов пошутил: «Китайцев». А Тихонов на полном серьезе: «Да-да, правильно, Владимир Владимирович. Так обыграем китайцев?»
Из тех, с кем играли в «Динамо», - у кого самая трагичная судьба?
Андрей Ломакин в Америке умер от рака в 42 года. Он мне очень импонировал как игрок и человек. Витя Глушенков ушел в 45. Говорят, сердце. Некоторые ребята живы-здоровы, но после хоккея себя не нашли. Мишка Татаринов отсидел за убийство. Саша Юдин, не тафгай, а наш, динамовский, - грузчик в Шереметьеве. Давно его не видел. А с Татариновым периодически созваниваемся. Нынче привел себя в порядок, устроился на работу.
Вы бы могли, как тот же Голубович, работать метрдотелем в ресторане?
Почему нет? В Америке на благотворительных вечерах вся команда превращалась в официантов.
Нормально себя чувствовали с подносом в руках?
Абсолютно. Родители с детства приучили, что уважать надо любую профессию. Я ведь сам в 14 лет в Воркуте подрабатывал в строительном управлении - чтоб накопить на путевку в пионерский лагерь.
В шахту хоть раз спускались?
Было дело.
Ползком, на коленях?
Нет, это в старые времена проходчики так продирались. Теперь на вагонетке спускаешься. На глубину полтора километра добрались за полчаса. Жуткие ощущения. Словами не передать. Просто постоянно тянет наверх, на свежий воздух. Хочется поскорее вырваться оттуда и убежать. Как отец, работать в шахте я бы точно не смог.
Он ведь дважды в завалы попадал?
Да. Оба раза удавалось выкарабкаться. Рассказывать об этом отец не любил. Я не представляю, что он чувствовал в такие минуты. Кромешная темнота, замкнутое пространство, полная изоляция. И неизвестно - вытащат тебя? Нет? Рванет метан или обойдется?
Если ваш отец пережил завалы в шахтах, то дед - две авиакатастрофы?
Вы о Фреде? О, это потрясающая история. Мои предки с Украины, после революции родной брат моего деда отправился служить в польскую армию. Оттуда занесло в канадскую. Во время войны его самолет два раза падал - из всего экипажа выживал лишь он. Потом осел в Эдмонтоне. У меня вообще там полно родственников. В 1978-м Фред сделал визу и впервые прилетел в Союз. До сих пор дома сохранилась «полароидовская» фотография того года - Фред и я, мальчишка. Но после его отъезда связь оборвалась. Когда же я приехал в Америку, то первым делом полез в телефонную книгу. Обнаружил девять человек с фамилией Николишин. Обзвонил - и все оказались родственниками!
А Фред?
И он был жив! Ему стукнуло 95. Я навестил его в Эдмонтоне, мы очень тепло пообщались. Год спустя он умер. Детям Фред завещал побывать на его родине. Младший из его сыновей четыре года назад приехал в Москву. Здесь как раз проходил чемпионат мира. Целый месяц жил у нас дома. Вместе ходили на хоккей, на парад 9 мая. Канадский Николишин был в восторге.
18 февраля 2011
Все новости
Юрий Голышак, Александр Кружков. Спорт-Экспресс


Андрей Николишин: Прозвище Батя надо оправдывать
Наставник «Трактора» не видит в команде кризиса, чувствует ответственность и верит в возможность борьбы за чемпионство.

Челябинск – хоккейная столица России со всеми вытекающими: особым спросом с игроков и тренеров, острыми переживаниями болельщиков, повышенным вниманием СМИ. «Трактор» для Челябинска – больше чем клуб. Это местный символ, социально-значимый объект, а потому любые решения властей относительно «Трактора» рассматриваются городским сообществом буквально сквозь увеличительное стекло. В славной истории «Трактора» — множество поводов для гордости, знаменитые на весь мир воспитанники. И нет только одного – титула чемпиона страны. Пару сезонов назад челябинская команда была как никогда близка к тому, чтобы завоевать первое золото в своей истории, но не вышло. Тот «Трактор» сверкнул, как знаменитый челябинский метеорит – и пропал. И вот уже второй сезон «Трактор» доставляет болельщикам больше переживаний, чем поводов для радости.
Этот сезон и вовсе выдался крайне непростым. Эксперимент с приглашением на пост главного тренера команды иностранного специалиста Карри Киви с треском провалился. В тяжёлый момент «Трактор» возглавил Андрей Николишин. За плечами этого человека – славное прошлое в качестве игрока. Смущает одно – полное отсутствие тренерского опыта. При этом буквально недавно Андрей, теперь уже Васильевич, буквально ошарашил хоккейную общественность, заявив, что целью команды является – ни много, ни мало – кубок Гагарина. Как он собирается выигрывать трофей? Чего не хватает нынешнему «Трактору»? На кого хочет быть похож Николишин-тренер? Об этом и многом другом – в эксклюзивном интервью.

«НИКАКОГО КРИЗИСА, РАБОЧАЯ СИТУАЦИЯ»
Андрей Васильевич, вы приняли «Трактор» в кризисном состоянии. А правильно ли было начинать тренерскую карьеру в таких условиях? Всё же вы очень сильно рискуете, поставив на кон всю свою репутацию… Ведь не получится здесь – и можно вообще забыть о тренерской карьере в КХЛ.
Как-то даже и не смотрел на ситуацию в таком разрезе. Рискую, не рискую… Я думаю, это всё не так важно сейчас. Ко мне обратились с предложением, я его принял. Кроме того, «Трактор» для меня – не чужой клуб. Наверное, поэтому даже и не раздумывал особо.
Теперь о кризисе. Считаю, никакого кризиса нет и в помине. Команда хорошая, здесь собраны профессионалы, мастера своего дела. А то, что не идёт игра, это дело времени. Ни о каком кризисе, я уверен, и речи быть не может. Да, впереди нас ждёт много работы. Надо донести до игроков свои взгляды, своё видение игры. Привить команде ту систему, которую я считаю правильной, и которая будет давать результат. С самого начала я поставил перед ребятами одну цель – бороться за чемпионство. Кого-то, я знаю, это забавляет. Но я говорю вполне серьёзно: если не ставить перед собой высокие цели, то в спорте вообще нечего делать.
То есть ситуация, на ваш взгляд, нормальная?
Рабочая. Вот так бы я охарактеризовал ситуацию в команде на данный момент. А я не антикризисный менеджер, пришёл сюда не пожар тушить, а работать. Чем сейчас и занимаюсь, причём совершенно спокойно, без суеты.
Вице-президент «Трактора» Сергей Гомоляко признал, что эксперимент с первым в истории челябинской команды тренером-иностранцем провалился. На ваш взгляд, что не получилось у Киви?
Не совсем корректно обсуждать работу предшественника. Тем более лично я с ним не знаком. Могу сказать, что я знаю, как при нём команда готовилась к сезону, чем занималась на тренировках. Абсолютно нормальные планы были, да что-то не сложилось, но это жизнь.


«БАТЯ – ЭТО ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»
Очень много критики в адрес команды от болельщиков. Может быть, что-то хотите им ответить?
Ответить? Через прессу? Это неправильно. Мы должны своей игрой отвечать. Их дело – критиковать нас. Наше дело – играть, набирать очки.
В своё время Геннадия Цыгурова называли Бригадир. Болельщики дали вам прозвище – Батя. Откуда оно взялось, не знаете?
Честно – не знаю. Но мне очень приятно, что меня так называют. Когда узнал – понял, что теперь не имею права подвести тех, кто ходит на трибуны, поддерживает команду. Так что Батя – это ещё и дополнительная ответственность. Такое прозвище надо оправдывать.
Хоккей в Челябинске – это больше, чем игра. При этом теперь за результаты «Трактора» будут спрашивать в первую очередь с вас. И спрашивать серьёзно…
Вы правы, в Челябинске в каждой семье есть кто-то, имеющий отношение к хоккею. Пожалуй, это самое хоккейное место в России. И ответственность главного тренера «Трактора» выше, чем в любой другой хоккейной команде. Но я к этому был готов изначально. Поэтому что касается спроса за результат – я никогда не уклонялся от общения с болельщиками, многие из которых всей душой привязаны к клубу. Общаюсь и сейчас, отвечаю на любые, даже самые неудобные, вопросы. Это часть работы, которую я тоже готов исполнять добросовестно. Я не боюсь ответственности, потому что уверен в тех ребятах, с которыми сейчас работаю. У нас отличная команда, которая в дальнейшем будет только прибавлять.
Есть в вашей команде какие-то табу?
Единственное, что мы неукоснительно соблюдаем – никогда то, о чём мы говорим в раздевалке, не выносится за пределы раздевалки. И я говорю не только о прессе – это не должны знать даже близкие родственники игроков.
А если кто-то это правило нарушит?
Значит, этого человека не будет в «Тракторе».
Даже если это отличный игрок?
Если человек подводит своих товарищей, нарушает имеющиеся договорённости, он не может быть отличным игроком.
И вся команда согласна с этим правилом?
Да. Ребята понимают: только так можно создать коллектив, который может добиваться больших побед.
Как ветераны «Трактора» восприняли ваше назначение на пост главного тренера?
Не знаю. Лучше вы их спросите.
Но вы же с ними общаетесь.
Да, общаюсь. Но отвечать за них не имею права. Наверняка, если вы спросите у них, они вам ответят.


«ПОВЕРЬТЕ, МЫ ТОЖЕ НЕ ЛЫКОМ ШИТЫ»
Есть на подходе к основе ребята уровня Кузнецова или Ничушкина?
Очень много талантливых ребят играет в системе «Трактора». Это касается и «Челмета», и «Белых Медведей», и школы. Сейчас мы с тренерами обсуждаем, как правильно с ними работать, чтобы они выросли в больших мастеров. Челябинск всегда славился своими хоккеистами, и сдавать позиции мы не намерены. Будем и дальше оставаться главной кузницей кадров российского хоккея.
А не получится ли так, что самых талантливых опять раскупят на корню? Ведь минимум десяток качественных игроков покинули Челябинск в молодом возрасте. При этом останься они в составе «Трактора», могли бы сейчас бороться за чемпионство.
Мы постараемся сделать так, чтобы самые талантливые всё же оставались у нас. Именно об этом мы говорили с руководством клуба. Наша задача – опираться на свою школу. Я понимаю, та проблема, о которой вы говорите, за один день не решится. Всё равно будут стараться перекупать самых одарённых. Но, поверьте, мы тоже не лыком шиты. Будем создавать в Челябинске конкурентные условия. Я беседовал со многими молодыми ребятами, с их родителями, и они не хотят уезжать из Челябинска, хотят помочь родному клубу. А это главное. Теперь наша задача – помочь им раскрыться, чтобы ребята стали большими игроками.

«ЗВОНЮ ЮРЗИНОВУ И ЗНАРКУ, НО ПОДРАЖАТЬ НИКОМУ НЕ БУДУ»
К кому-то за советом обращаетесь? Всё же новое для вас дело, опыта не так много.
Обязательно. Звоню и Владимиру Владимировичу Юрзинову, и Олегу Знарку, и со своим первым тренером постоянно на связи. Это люди, которые многое могут подсказать.
Вы правы, тренерского опыта у меня не так много, есть куда расти. Поэтому стараюсь вобрать как можно больше полезной информации от столь уважаемых мною людей.
41 год – не слишком молодой возраст для тренера клуба КХЛ?
А когда же ещё начинать? В 50? Считаю, самое время. Сил много, желания. Теперь всё только от меня зависит.
Как хоккеист вы добились многого. Это поможет вам как тренеру?
Думаю, да. Вот, была Олимпиада в Сочи, я ещё обратил внимание на тренеров сборной Канады. Там в совокупности титулов и Кубков Стэнли больше, чем игроков в команде. У ребят – авторитет, никто и не думает ставить их слова под сомнение. Наверное, и мне мои былые заслуги тоже должны приносить пользу.
Быть игроком и тренером – очень разные вещи? Или всё же не так много различий, как принято считать?
Нет, всё же это принципиально разные профессии. Тренер ставит задачи, игрок их выполняет. Это основное. Теперь моя задача – довести до игроков свои идеи, замыслы. Если смогу найти с ними общий язык, значит как тренер я получился.
Помните, что сказали игрокам на самой первой своей тренировке?
Если честно, то нет. По-моему, сказал, что нам предстоит много работать.
Сильно волновались?
Нет. Меня представили команде. Многие ребята меня уже знали, с кем-то вместе играли. Да и некогда было волноваться, надо было засучить рукава и работать.
Кстати, помогает или мешает то, что в команде есть хоккеисты, с кем ранее играли вместе?
Наверное, помогает. Я точно знаю, какие у них сильные и слабые стороны. А задача хорошего тренера – грамотно и ярко использовать именно сильные стороны и вуалировать и исправлять слабые. В этом отношении мне несколько проще, поскольку я хорошо знаю возможности некоторых игроков.
С руководством клуба часто общаетесь? Дали вам карт-бланш на сезон или, напротив, обозначили жёсткие рамки?
С Сергеем Гомоляко общаемся непрерывно. Контактируем с Иваном Викторовичем Сеничевым. С губернатором Борисом Александровичем Дубровским пока не встречались, но планируем это сделать. Какие задачи? Конечно же, руководители клуба хотят, чтобы команда была на верхних строчках таблицы, боролась за высокие места. Чтобы не было безвольно проигранных матчей. Но я и сам придерживаюсь тех же взглядов. Что касается карт-бланша – никто никогда ничего подобного не выдаёт. Ставится задача – её надо выполнить. Если не выполняешь – значит, не справился. Со всеми вытекающими.


«Я СОБИРАЮ ПАЗЛ. ПОРТРЕТ БУДУЩЕГО ТРЕНЕРА АНДРЕЯ НИКОЛИШИНА»
По сути, запустили карьеру в хоккее с чистого листа. Как игрока мы вас знаем. А каким будет тренером Андрей Николишин? Есть у вас какие-то примеры для подражания?
Так сразу и не скажешь… Наверное, какого-то конкретного примера для подражания у меня нет. Каждый тренер, с кем работал в своей карьере, оставил свой след. Поэтому сейчас я, если можно так выразиться, собираю пазл. Портрет будущего тренера Андрея Николишина. Каждый кусочек этого пазла – это те качества, те навыки, которые удалось подсмотреть, узнать, получить во время общения с каждым из тренеров. Владимир Юрзинов – мой первый тренер в команде мастеров, Валерий Белоусов, с которым работали в «Тракторе», мой первый тренер Виктор Васильевич Богатырёв, с которым общаемся до сих пор. Каждый из них оставил свой след в моей судьбе. Но подражать кому бы то ни было я не буду.
Я и сейчас стараюсь что-то новое взять от каждого тренера, которые работают в КХЛ. Кое-что интересное увидел в работе Знарка, Кинэна, многих других и обязательно буду использовать эти нюансы в своей работе.
Есть ли в КХЛ тренеры, матчи против которых для вас будут особенно принципиальны?
Пожалуй, нет. Против каждого надо играть с особым настроем. Все тренеры – достойные соперники, которых очень почётно победить.
Как у вас в тренерском штабе распределяются обязанности? Кто за что отвечает?
Владимир Цыплаков на тренировках отвечает за теоретическую часть и работу с защитниками. Во время игры защитники – это тоже его обязанность. С ним в тесной связке работает Анвар Гатиятулин. Виталий Ячменёв работает с нападающими как на тренировках, так и во время матчей. Фред Микко – тренер вратарей, но во время игр он сидит наверху, на трибунах и выполняет задания, которые я ему даю.
Какие?
Отслеживает статистические параметры, которые мы анализируем прямо во время перерывов и благодаря этому имеем возможность вносить коррективы в игру.
Вас можно назвать хоккейным космополитом. Вы застали советский период хоккея, затем поиграли в НХЛ, в один из сильнейших периодов истории этой лиги, потом вернулись в уже новый российский хоккей…
Да уж, с этим мне повезло. Попал на самый слом, что позволило мне поиграть бок о бок с великими мастерами по обе стороны океана. А сейчас вот как тренер начинаю работу в момент активного развития КХЛ. Счастлив, что удалось впитать в себя лучшие образцы современного хоккея, своими глазами увидеть, как менялась игра, как европейский хоккей влиял на хоккей в НХЛ и наоборот. Довелось поработать с тренерами советской и канадской школ. В этом плане удалось почерпнуть столько полезного, что ни одно учебное заведение не сможет дать и половины этого.
Раз уж затронули тему учебных заведений – где молодой тренер Андрей Николишин будет повышать квалификацию?
Слава богу, сейчас с этим нет проблем. Было бы желание, как говорится. Можно учиться и в России, и в Европе, и за океаном. Буду выбирать те семинары, где необходимо повышать уровень знаний. Учиться – это обязательно, потому что успеха добивается только тот, кто не стоит на месте, постоянно двигается вперёд. Понял это, ещё когда сам играл. И теперь не намерен останавливаться на одном месте. Тот, кто не идёт вперёд, идёт назад.
19 ноября 2014

Андрей Николишин и город его кумиров
В Челябинске очень любят своих воспитанников. Но есть люди, которые однажды приезжают из далеких городов, а потом остаются с командой на долгие годы, занимая прочное место в сердцах болельщиков, и становятся для «Трактора» поистине родными. Андрей Николишин – пожалуй, самая яркая из таких фигур.
1-го ноября 2007-го года «Трактор» объявил о подписании контракта с нападающим, который выбрал для выступления за «черно-белых» 13-й номер. Среди его достижений были указаны золото Чемпионата мира-1993 и бронза Олимпиады-2002. В сообщении еще говорилось, что в Воркуте мальчишки бьются за Кубок, названный его именем. Да, речь идет именно об Андрее Николишине. Именно тогда началось его знакомство с челябинским хоккеем, впоследствии переросшее то ли в настоящую братскую дружбу, то ли в отцовскую любовь.


С вашим приходом «Трактор» в середине ноября заиграл совершенно по-другому. Вы смогли изменить микроклимат в коллективе?
Я не думаю, что все дело во мне. Я такой же игрок, как и все остальные. Просто подобралась хорошая команда в Челябинске, где каждый из игроков хотел выстрелить и заявить о себе. Вы посмотрите, как заиграла в этом сезоне молодежь «Трактора». Ребята привлекаются в сборные, где они на ведущих ролях, и о них очень хорошего мнения представители других клубов.

Кстати, да. Вряд ли в Челябинске есть люди, которые не знают об этом прозвище Николишина. Общепринятое «Василич» показалось Челябинску недостаточно душевным. А есть ли способ более искренно выразить свою любовь для болельщиков, чем называть хоккеиста родной команды Батей?

Мне, на самом деле, всё равно, как воспринимают «Трактор». Тот же Быков, допустим, оттуда родом, и челябинская школа - очень нетрадиционная, сильная, из неё вышло много добротных, известных хоккеистов. Поэтому то, что на какой-то период времени Челябинск был забыт хоккеем - это определённое стечение обстоятельств. А считать «Трактор» аутсайдером?.. Да, пусть все так считают! Нам-то какая разница? Мы уже наделали немало шума, и, я думаю, что это ещё не последние слова, которые мы заявили о себе.

Челябинск - для меня с детства был меккой хоккейных талантов. Еще когда я играл в Воркуте, мы смотрели - в силу чего - непонятно - но мы смотрели тогда не на «Динамо» или «Спартак», не на Москву, а на Челябинск. Уже тогда слава о челябинском хоккее была всеобъемлющей. Даже когда я приехал в Москву и играл за юношеские команды, Челябинск нас практически всегда обыгрывал. И потом, когда я уже начал играть за основу «Динамо» игры с «Трактором», были для нас всегда очень и очень напряженными. В Челябинске всегда была и остается отличная школа хоккея - здесь прекрасно ставят катание, владение клюшкой, многие другие компоненты. Мне она всегда нравилась. И вот когда меня сюда меня позвали, я испытал не то, что страх... Волнение. Я ехал играть в город своих кумиров. Хотя я ехал сюда, конечно, уже вполне статусным игроком. Человеком, который кое-чего добился в карьеру, играл во многих сильных клубах. Несмотря на все это, я волновался. Переживал, как меня примут челябинские болельщики, как меня примет вся система челябинского хоккея. Что я могу им показать. Мне хотелось, чтобы мои умения пригодились команде, помогли ей. Поэтому если вдруг не получится остаться здесь, если я все же уеду в другой клуб, то со мной от Челябинска и «Трактора» останется все самое положительное, самое радостное. Город, команда, болельщики, отношения...

Батя в Челябинске, только теперь уже в качестве главного тренера.

Мне очень приятно, что меня так называют. Когда узнал – понял, что теперь не имею права подвести тех, кто ходит на трибуны, поддерживает команду. Так что Батя – это ещё и дополнительная ответственность. Такое прозвище надо оправдывать.

Как бы там ни было, Андрей Васильевич его уже оправдал. «Трактор» в прошедшем сезоне вышел в плей-офф.

P.S. В 2010-м году Николишина спросили – не собирается ли он стать тренером после окончания карьеры игрока?


Не загадываю, что будет дальше. Может, еще в космос полечу.
В космос, не в космос, а вот путь за Кубком имени первого космонавта для Андрея Васильевича только начинается.
27 мая 2015

Форум хоккейных статистиков им. В.Малеванного
Фотографии из архива ХК Трактор, общедоступных источников, сайта http://www.worldhockeyclassic.ru/